Чертеж фасад школы: Фасад здания школы – Чертежи, 3D Модели, Проекты, Архитектурные формы

Содержание

От экспериментов по переустройству мира до типовых панелей

Физико-математическая школа в Черноголовке. Арх. Константин Френкель, Леонид Газеров, Владимир Толмачев, Анатолий Дубовской, Валерий Степанов © фото Адрей Ягубский

Для «Проект Россия»-83 архитектурный журналист Наталья Алексеева рассказала о том, как менялась в течение столетия архитектура советских школ, и констатирует, что мы пришли ровно туда, откуда начали.

архитектурный журналист, директор по развитию P-Arch, куратор экскурсионного проекта «Свобода Доступа»

образование: Имеет два образования — техническое и гуманитарное. В 1997 году получила диплом системного программиста в МГТУ им. Баумана. Затем отучилась на искусствоведа в Институте художественного творчества. В 2002 году защитила диплом о конкурсах на строительство Дворца Советов.

деятельность: Работала научным сотрудников в Государственном Музее Архитектуры им. Щусева. С 2003 года — редактором в журнале «Интерьер + Дизайн», где занималась поиском архитектурных проектов. Сотрудничала с такими изданиями, как газеты «Ведомости» и «Время новостей», журналами «Проект Россия», «ARX», «Made In Future», «Иллюминатор», «Культпоход», «Просвет», «Плюсы и минусы», «ОМ». В настоящее время занимается культуртрегерскими проектами, связанными с архитектурой: «Свобода Доступа», «ПромоПром. Индустриальное наследие», Клуб архитектурной критики, Дни архитектуры в Москве.

Проектирование школьных зданий в советское время можно примерно разделить на три основных периода — революционные эксперименты до начала 1930-х, поиск оптимальной формы и выработка типовых проектов на базе освоения классического наследия и окончательный переход к типовому проектированию с 1960-х годов с редкими штучными образцами в духе советского модернизма.

Условный «революционный» период связан с поиском новых форм обучения советского человека и новых форм архитектурного оформления этого процесса. В школах акцент сместился на внедрение в учебный процесс технических дисциплин и начальных форм производственного труда. Разрабатывались здания, планировка которых определялась не классной системой, а самообразованием или обучением в малых группах по выбранным дисциплинам в мастерских и лабораториях. Поэтому в школах была развитая инфраструктура. К тому же, актовые залы, библиотеки, спортзалы предназначались не только для детей, но и для использования в вечернее время жителями района из-за нехватки досуговых учреждений.

Следуя актуальным авангардным принципам, архитекторы 1920-х составляли план школьного здания из отдельных разновысоких функциональных блоков. Как правило получалось здание сложной асимметричной формы, напоминающей буквы Е или Н, где отдельные элементы соединялись между собой переходами. Венцом планировочного решения и символом передовой системы обучения, ориентированной на науку и технику, была школьная обсерватория.

Один из первых осуществленных проектов по такому принципу — школа на 1000 учеников на улице Стачек в Ленинграде (1926-1927) по проекту архитекторов Александра Никольского и Александра Крестина. Школа, напоминающая в плане серп и молот, была составлено из нескольких элементов разной этажности. При этом здание было очень функционально и разработано с учетом лабораторно-бригадного метода обучения.

Школа на 1000 учеников на улице Стачек в Ленинграде (1926-1927). Арх. Александр Никольский, Александр Крестин Школа на ул. Стачек (1930) в Ленинграде. Арх. Иван Фомин Школа на Лесном проспекте (1930-1932) в Ленинграде. Арх. Александр Никольский, Владимир Гальперин

В этот же период были построены школа на улице Стачек архитектора Ивана Фомина (1930), школы на Лесном проспекте (архитекторы Александр Никольский и Владимир Гальперин, 1930-1932) и на улице Ткачей на 1540 учащихся (1928-1929) архитектора Григория Симонова. Последний проект был повторен несколько раз в разных городах СССР. В Москве в этот же период строятся школы на Русаковской улице (архитектор Иван Федоров, 1928-1929), Крымской площади (1930) и в Филях (архитектор Анатолий Антонов, 1930-1933). Еще одна школа на Дровяной площади (Хавская ул., 5) архитекторов Анатолия Антонова и Игоря Антипова — огромная, на 2400 учеников — была достроена позже, в 1935 году, когда конструктивизм почти сошел на нет. Но при этом имела конструктивистский план в форме F, круглые окна и даже площадку для метеорологических наблюдений.

Несмотря на поиски новых форм обучения — от Дальтон-плана, ориентированного на самостоятельного учащегося, до бригадного метода, предусматривавшего коллективное выполнение задания группой ребят с итоговым докладом одного из них, — общая планировочная структура здания в большинстве случаев все равно основывалась на классной системе.

Интересен типовой проект школы-семилетки, сделанный для Москвы архитекторами Иваном Рыбченковым и Алексеем Жаровым в 1928 году. В трехэтажном здании, рассчитанном на 650 учащихся, спроектировано 14 классов, два актовых зала, библиотека, три лаборатории, две мастерские, столовая, физкультурный зал. По этому проекту было построено несколько школ в Москве. К 1929 году тот же Рыбченков разработал для Москвы типовой проект четырехэтажной школы-десятилетки на 890 учащихся, работающей по лабораторно-кабинетной системе с индустриальным уклоном.

Школа на улице Ткачей в Ленинграде на 1540 учащихся (1928-1929). Арх. Григорий Симонов Школа на ул. Русаковская (1928-1929) в Москве. Арх. Иван Федоров Школа на на 2400 учеников на Дровяной площади (Хавская ул., 5) в Москве, 1935. Арх. Анатолий Антонов, Игорь Антипов

В это время советской властью ставится вопрос об активизации и систематизации школьного строительства. Наметился возврат к строго кабинетной системе обучения с четким расписанием и утвержденным набором дисциплин.

Школа на Большой Переяславской улице, построенная  в 1930 году по проекту Михаила Мотылева и Бориса Малышева, выделяется простотой плана — прямоугольник с боковыми ризалитами. На фоне сложных планов 1920-х она стала прообразом типовых школ сталинского времени, строившихся до конца 1950-х годов.

Эти же архитекторы построили две школы в начале Комсомольского проспекта и на Усачевской улице. Первая имела ряд недостатков — такие, например, как запроектированная на крыше спортплощадка, практически не используемая в нашем климате, не открывающиеся для мытья окна и переусложненный план, затруднявший школьникам передвижение внутри. Вторая школа оказалась удобнее, тем не менее, нерационально был расположен главный вход, а классы занимали всего треть от общей площади здания, в котором при этом напрочь отсутствовали подсобные помещения.

На рубеже 1920-х –1930-х годов большинство школ Москвы строились по проектам трех групп архитекторов. Первая — уже упоминавшиеся Мотылев и Малышев в тресте «Мосстрой». Второй — «Моспроект» и архитекторы Анатолий Антонов, Сергей Семенов, Владимир Симкин. Они спроектировали здания на Большой Грузинской, Борисовской и Черкизовской улицах. Третью группу проектировщиков возглавлял архитектор Иван Рыбченков из бюро Московского отдела народного образования. По его проектам возвели школы на Шлюзовой набережной и на шоссе Энтузиастов, 16.

Это были в целом удобные и обустроенные здания, но огромные, вмещавшие до 1500 учащихся. Чтобы их укомплектовать, приходилось приписывать к ним дома в радиусе нескольких километров, откуда дети были вынуждены приходить пешком. Поэтому со временем большинство этих школ были перепрофилированы под иные нужды, преимущественно административные.

Школа на Большой Переяславской улице в Москве, 1930. Арх. Михаил Мотылев, Борис Малышев Школа на Большой Грузинской в Москве. Арх. «Моспроект» (Анатолий Антонов, Сергей Семенов, Владимир Симкин) Школа на шоссе Энтузиастов. Арх. Иван Рыбченков Школа №201 имени Зои и Александра Космодемьянских в Москве, 1933-1935. Арх. Иван Звездин, А. Антонов Школа на Садовнической набережной в Москве, 1935. Арх. Иван Звездин

В школах 1933–1934 годов проявилось стремление архитекторов оживить декоративное оформление, прежде ограниченное скупой серой штукатуркой. Примером здания переходного периода стала московская школа №201 имени Зои и Александра Космодемьянских. Облицовка светлым камнем, выделенная центральная часть, просторный вестибюль с колоннами напоминал фойе театра, а в актовом зале была с настоящая сцена и гигантские люстры.

Другим важным проектом 1930-х стала школа на Садовнической набережной (1935) архитектора Ивана Звездина. Строительство совпало с критикой школьной гигантомании и бригадного метода обучения — и, одновременно, с началом периода освоения классического наследия. Здание, еще контруктивистское по своей сути, с увеличенными окнами третьего этажа, лоджией, крупными круглыми окнами наверху и по бокам крыльца, получило в фасадном оформлении элементы сильно упрощенного классического ордера. 

Еще одна большая школа была построена в 1935 году на проспекте Мира, 87 по проекту архитектора Аркадия Аркина. Несмотря на большие площади остекления, здесь мы видим уже строго симметричный план и композицию, напоминающую трехчастное членение классического усадебного дома.

В тот период новые школьные здания строились с большим количеством общественных помещений (мастерские, столовые, залы и т.д.) в ущерб количеству классов для занятий. Полезная площадь классов составляла всего 35% или даже 30 %. В начале 30-х была поставлена задача рационализировать школьные помещения. Появилась компактная школа на 880 учащихся (по два класса с первого по десятый и два подготовительных) с двадцатью двумя классными помещениями. Удобно, что эта же планировочная типология могла использоваться и для школ с тремя классами с пятого по десятый и одним комплектом с первого по четвертый класс. Было установлено требование довести учебную площадь до 62% за счет сокращения вспомогательных помещений.

В 1935 году Совнарком и ЦК ВКП(б) приняли переломное решение о массовом строительстве школьных зданий в городах и городских поселениях. Одним из пунктов постановления было «Утвердить типы школьных зданий в городах и запретить без разрешения СНК союзных республик проводить строительство нетиповых школ. Обязать наркомов просвещения лично утверждать все проекты школьных зданий в соответствии с установленными типами и нормами школьного строительства».

Были выбраны три типологии школ: двухкомплектная (рассчитанная на две параллели классов) на 880 учащихся с 22-мя классными комнатами, однокомплектная на 400 учащихся с 10-ю классными комнатами и неполная средняя школа на 280 учащихся с семью классными комнатами. В 1938 году провели всесоюзный конкурс на лучший образцовый проект школьного здания. Победил проект школы на 880 учеников архитекторов Леонида Евгеньевича Асса и Александра Соломоновича Гинцберга. Этот проект следующие 20 лет воспроизводился во всех городах Советского Союза. 

Здания школ, построенные в 1938—1939 гг. в Москве (Михаил Барщ, Георгий Зундблат, Юрий Емельянов, Даниил Фридман, Алексей Машинский и др.), Ленинграде (Леонид Асс, Александр Гинцберг, Борис Рубаненко и другие) варьируют планировку на основе широких коридоров с двумя входами по бокам, с гардеробами и вестибюлями. Благодаря отсутствию актового и физкультурного залов здания стали более компактными, но это же являлось их недостатком, поэтому в течение последующих лет проекты постоянно совершенствовались.

В 1950 году Лидия Степанова разработала новый типовой проект кирпичной пятиэтажной школы на 880 человек. Узнаваемый фасад для этой школы — с медальонами писателей, портиком у входа и картушем над карнизом — создал архитектор Семен Юсин.

Школа на Большой Певческой улице в Ленинграде (типовой проект), 1938. Арх. Леонид Асс, Александр Гинцберг Школа на Авиамоторной улице в Москве, 1935. Арх. Даниил Фридман Школа на ул. Красных зорь в Ленинграде. Арх. Сергей Евдокимов Школа № 1 имени В. И. Ленина в Ульяновске. Арх. ЦНИИЭП учебных зданий Школа на Васильевском острове в Ленинграде (Наличная ул., 32 корп.2), 1970. Арх. Сергей Евдокимов

С 1954 года типовые проекты разрабатывались уже на основе индустриального домостроения. Школа Т2, созданная в мастерской № 3 САКБ, отличалась большим количеством декора и, соответственно, большим количеством нестандартным бетонных элементов. Ей на смену пришла школа типа МЮ (Моспроект, южная ориентация фасада), где коридоры были заменены залами-рекреациями. В следующем поколении новых школьных зданий (типа 65-426 на 25 классов) дополнительно предусматривались производственные помещения, еще бОльшие актовые и спортивные залы. Использовалось до 50 типовых проектов, но они не отличались большим разнообразием архитектуры. 

В Ленинграде новый типовой проект на 920 учеников был разработан в 1957 году архитектором мастерской № 3 Ленпроекта Сергеем Евдокимовым. Эта школа для раздельного  обучения младших, средних и старших классов имела три фасада и размещалась в основном в центре кварталов, а не вдоль улицы, как раньше. Она имела симметричный П-образный план и состояла из трех блоков – учебного корпуса и вспомогательных помещений по бокам. Этот проект был использован в Северной столице более 40 раз.

С 1964 года в мастерской № 4 ЛенЗНИИЭП была создана новая каркасно-панельная школа, получившая название «самолетик» за то, что напоминала в плане букву Н. В основном корпусе  размещались учебные классы, в крыльях другого — спортзал и столовая с актовым залом. В двухэтажном соединяющем модуле располагались гардероб и администрация. 

Редкие экспериментальные постройки конца 1960-х — начала 1970-х по своей архитектуре отсылали к конструктивистскому прошлому, с его сложной организацией пространства и обилием стекла. Два авторских проекта для Ленинграда были разработаны Сергеем Евдокимовым — тем самым автором типовых школ. Школа на бульваре Красных Зорь состоит из четырех корпусов: двух учебных для старших и младших классов, спортивного (со спортзалом и бассейном) и клубного со столовой и залом. У каждого из блоков был свой вход, а у начальных классов — отдельный выход с гардеробом из каждого кабинета. Также в школе работала собственная обсерватория. Клубный блок и зимний сад украшала декоративная керамика, а на фасаде был установлен бетонный рельеф и металлические панно.

В школе на Васильевском острове (Наличная ул., 32 корп.2) 1970-го года постройки самым выразительным элементом стал уступчатый объем актового зала, корпус младших классов, где есть выходы из каждого класса, и игровые комнаты. Перед главным входом проходили линейки, а внутренний двор с противоположной стороны был украшен декоративным бассейном и предназначался для прогулок. 

Здание физико-математической школы в Черноголовке также вызывает в памяти проекты 20-х годов. Здание (проект разработан  авторским коллективом Константина Френкеля, Леонида Газерова, Владимира Толмачева, Анатолия Дубовского и Валерия Степанова) имеет четкое деление по функциям. В четырехэтажном учебном блоке расположены классы, а в корпусе в форме каре находятся гимнастический и актовый залы, школьные мастерские, столовая и помещения интерната. Школа располагает лабораториями физики и химии, обсерваторией с вращающимся куполом и телескопом. Фасады и интерьеры школы украшают панно из металла и мозаичные панно в рекреационных залах. 

Произведения монументально-декоративного искусства — отличительная особенность экспериментальных проектов позднесоветского периода. Этот же прием отличает здание средней школы № 1 имени В. И. Ленина, разработанное ЦНИИЭП учебных зданий в Ульяновске. Замкнутый 3-этажный объем с внутренним двором раскрывается через колоннаду первого этажа. Из внутреннего двора в здание ведут два раздельных входа. В школе есть актовый и спортивный залы, а также закрытый плавательный бассейн. В архитектуре школы основной стала идея взаимопроникновения внутреннего и внешнего пространств. На главном фасаде расположено большое мозаичное панно с портретом Владимира Ленина. 

Показательно, что сегодня намечается возврат тех тенденций, которые были актуальны в 1920-е годы. Например, использование школ как досуговых и спортивных центров в спальных районах с недостаточно развитой инфраструктурой. Кроме того, сегодня снова наметилась тенденция к укрупнению школ, расположенных в больших жилых кварталах. Даже возводимые по типовым проектам, школьные здания становятся все более сложными по своей структуре.

В подготовке материала были использованы материалы Алексея Рогачева («Москва. Великие стройки социализма»), theconstructivistproject.comsovarch.ru, sovmod.ru, «Центра авангарда», babs71, pastvu.com

Архитектура московских школ | Терни знаний

Типовое строительство в СССР и России различалось в разных городах. Ниже мы поговорим про самые распостранённые школьные здания Москвы. Согласно исследованию Civil Аrchitects самыми распространенными проектами стали МЮ, 65-426/1, V-76, И-1605А, И-1577А. Эти наборы букв и цифр – названия типовых проектов школ, в которых получили образование большинство москвичей.

Школы по проекту Степановой

Первая типовая школа – это проект архитектора Л.А. Степановой, созданный в 1939 году. Великая Отечественная война прервала процесс строительства школ по этому. В 1949 году Степанова пересматривает свой проект десятилетней давности, главные изменения – в плане появляется актовый и спортивный залы. В течении года Степанова успевает не только обновить свой проект, но и добиться его реализации, первую школу по её плану строят в Москве в Афанасьевском переулке, где она до сих пор и стоит. Ещё чуть позже фасад школы доработали архитекторы Ростовский (один из главных архитекторов сталинского ампира) и Чекалиным, именно они придумали хорошо заметный в городе красно-белый школьный фасад. В 1950 году Степанова вновь редактирует свой проект, здание становится выше на этаж, улучшается планировка и создаётся новый фасад. Фасад придумывает архитектор Юсин, он сохраняет красно-белую гамму и добавляет элемент, который станет отличительной чертой школ Степановой – рельефные изображения писателей (Ломоносова, Пушкина, Горького и Маяковского).

Школа Степановой по проекту 1949 года (фото: Andreykor)

Школа Степановой по проекту 1949 года (фото: Andreykor)

Также здание по проекту 1949 года (фото: yamoskva.com)

Также здание по проекту 1949 года (фото: yamoskva.com)

Школа Степановой по проекту 1950 года (фото: Автор: Andreykor)

Школа Степановой по проекту 1950 года (фото: Автор: Andreykor)

Школы серии Т2

К 1951 году школы Степановой перестают строить, на их место приходит серия Т2. Главное отличие этой школы – она панельная. Во время первой попытки создать панельную школу (серия Т1), проектировщики сделали слишком много типов деталей (147), поэтому стоимость блочного строительства оказалась выше, чем кирпичного. В серии Т2 количество деталей было сокращено до 129 и строительство серии стало экономически оправданным. Ежегодно в Москве строили около 15 школ серии Т2. Впрочем, в 1955 году серия Т2 тоже сходит с арены, её место занимает новая МЮ.

Школа Т-2 На этой фотографии хорошо видны швы между панельными блоками (фото: pastvu.com)

Школа Т-2 На этой фотографии хорошо видны швы между панельными блоками (фото: pastvu.com)

Школы серии МЮ

МЮ, она же МС, была придумана архитекторами А.М. Степановым и И.А. Чекалиным. Буква “М” означает Моспроект, а “Ю” и “С” – это сторона света, на которую выходит главный фасад, север либо юг. Главная особенность этих 5 этажных школ – попытка избавиться от узких коридоров. Для этого в здании сделали просторные рекреации, вокруг которых размести учебные классы. Рекреация на первом этаже служила актовым залом, на пятом спортивным залом. Проект МЮ оказался настолько удачным, что в апреле 1956 проектировщикам запретили использовать школы других серий.

план 1 этажа школы МЮ (картинка: edudesign.ru)

план 1 этажа школы МЮ (картинка: edudesign.ru)

Фасад школы МЮ, чертёж (картинка: edudesign.ru)

Фасад школы МЮ, чертёж (картинка: edudesign.ru)

Главным недостатком школ МЮ стало размещение спортивного зала на верзнем этаже. Топот, шум о ударов мяча и от прыжков разносился по нижним этажам. В 1958 году эту проблему решили, зал был перенесён в отдельно стоящую пристройку. На пятом этаже сделали просто рекреацию. В некоторых школах туда перенесли актовый зал с первого этажа. Отдельно стоящий спортивный зал тоже оказалось не идеальным, у него получился слишком низкий потолок, за выступающие несущие балки цеплялись высоко летящие мячи. Зато в основном здании школы стало тише. Кроме того, в проекте появлялись и другие изменения, поэтому школы серии МЮ можно встретить с разными крышами и фасадами. Двускатная крыша была заменена плоской, фасад в стиле школы Степановой с изображением классиков был убран.

Школа серии 65-426/1. “Самолётик”

В 1964 году утверждается самый массовый тип школьной застройки – проект, получивший народное название “Самолётик”. Школа типа 65-426/1 создана Московским Институт Типового и Экспериментального Проектирования под руководством А. Аврусова. Она представляет собой два корпуса, соединённых между собой переходом. Сверху она выглядит как крылья аэроплана, отсюда и идёт народное название. Этот тип школы рассчитан исключительно на спальные районы, в центре Москвы по этому плану построено всего три здания, зато между Садовым и МКАДом 413 зданий. По подсчётам prezi.com это почти 30% всех школ Москвы.

Модель школы типа 65-426/1 (фото: prezi.com)

Модель школы типа 65-426/1 (фото: prezi.com)

Самолёт АН-2, сравнивая его чертёж с моделью школы, становится понятно почему возникло народное название школы (фото: yaplakal.com)

Самолёт АН-2, сравнивая его чертёж с моделью школы, становится понятно почему возникло народное название школы (фото: yaplakal.com)

“Самолётик” – первый по-настоящему новый проект. Если все предыдущие типовые школы во многом были похожи, хотя бы общей формой, то идея школы из двух корпусов существенно отличается от всего предыдущего опыта. Строительство второго корпуса позволило решить основную проблему школ серии МЮ – расположение столовой и спортивного зала. Теперь приём пищи и спортивные занятия, то есть вся шумная активность, стали изолированы от учебных кабинетов. В некоторых школах этого типа к столовой и спортзалу добавляли мастерские для уроков труда также для того, чтобы избежать шума в учебном корпусе.

Проект V-76

Не смотря на все достоинства школ по проекту 65-426/1 работы по проектированию новых типов зданий не прекратились. В 1976 году утверждён проект V-76, эта школа представляет собой квадрат, который образуют четыре соединённых между собой корпуса. Из-за сходства с армейским построением проект получил народное название каре. Эти школы можно встретить только в районах Москвы прилегающих к МКАДу, в более старых районах города этот тип школ не использовался. Четыре корпуса, соединённые вместе, позволили отделить младшую школу от старших классов, а также изолировать спортивный зал. Школа вместительнее самолётика почти на 200 человек. Недостатком плана V-76 является внутренний двор между корпусами, это пространство невозможно никак использовать, оно оказалось совершенно неэффективным.

Школа V-76 (фото: wikimapia.org)

Школа V-76 (фото: wikimapia.org)

На 1990-е годы приходится пик создания новых типовых проектов. В течении 5 лет возникают сразу четыре типа: I-1605A, V-92, V-95, I-1577A. Все эти школы объединяет то, что их строят в совсем новых районах города – за МКАДом.

Проект V-92

Проект V-92 – это компактная школа, для того, чтобы построить здание этого типа нужна сравнительно небольшая площадь. Особенность таких школ – выступающий фасад, опирающийся на колонны. Если посмотреть на фотографию здания, то становится видно, что оно состоит из трёх частей: двух симметричных частей, между которыми находится вытянутая третья. В вытянутом элементе находтся два спортивных зала, в двух остальных – учебные кабинеты. Наличие двух спортивных залов – одна из особенностей школы. Малый зал находится в вынесенном вперёд элементе, опирающимся на колонны, а большой зал находится ровно посередине школы. Большой зал занимает два этажа в высоту, поэтому таких проблем, как в школах МЮ здесь нет, мяч не цепляет потолок. При этом, положение зала в центре здания создаёт проблемы со звукоизоляцией. Больше всего от этого страдают кабинеты на втором этаже, расположенные недалеко от входа в спортивный зал.

Школа V-92 (фото: wikimapia.org)

Школа V-92 (фото: wikimapia.org)

Проект I-1605A

Школы I-1605A строились одновременно со школами V-92, в некоторых районах они даже построены вплотную друг к другу. Фактически, эти два проекта дополняют друг друга, там где достаточно места строят I-1605A, где места не хватает строят V-92. Из особенностей проекта стоит отметить, что это продолжение семейства школ из нескольких корпусов, соединённых переходом (До этого так был построен “самолётик”). Кроме того, предпринимается попытка декорировать фасад, но бетонные арки смотрятся довольно чужеродно. Ещё одной характерной чертой здания является то, что вход в этот тип школ никогда не бывает с улицы, он всегда со двора.

Школа I-1605A (фото: m2ch.hk)

Школа I-1605A (фото: m2ch.hk)

Проект I-1577A

Проект I-1577A – развитие проекта V-92. Если V-92 был компактной школой, то школы I-1577A вырастают в размере. Внутри эти школы устроены очень похоже. Главная особенность проекта I-1577A – это фасад. Впервые за сорок лет, проектировщики уделяют внимание внешнему виду здания. Последняя школа, фасад которой был продуман, – это школа МЮ ранних серий (рельефы с изображением классиков). Главный декоративный элемент школы I-1577A – часы на главном фасаде. На всех школах часы разные и это очень важная особенность. В первый раз за всю историю типового проектирования школьных зданий в них появляется индивидуальность.

Школа I-1577A (фото: wikimapia.org)

Школа I-1577A (фото: wikimapia.org)

Кроме описанных зданий в Москве встречаются и другие школы, но они не пошли в серию и не получили такого широкого распространения.

Было интересно? Оцените материал, это помогает создавать новые интересные тексты.

Гегелло А. И. Школы | портал о дизайне и архитектуре

 

 

 

 

Школы

 

—стр. 201—

 

В этой главе на сравнительном анализе разработанных мной в 1934—1935 гг. проектов четырех школ для Ленинграда мне хочется показать влияние на ход и результаты творческой работы архитектора одного и того же определенного условия проектирования, в каждом случае отличного по своим особенностям при равенстве всех прочих условий. Я имею в виду участок строительства, площадь, размеры, ориентация и окружение которого в каждом случае различны. На примере одного из них — проекта школы на набереж-

 

 

—стр. 202—

 

ной Робеспьера — я коснусь, кроме того, влияния «фактора времени» на формирование архитектурного образа здания.

 

В первые годы становления советской архитектуры еще не было необходимой материальной и строительно-технической базы для всестороннего и плодотворного развития новаторских тенденций. В значительной мере именно это обстоятельство явилось причиной поверхностного, чисто внешнего подражания западноевропейскому конструктивизму и функционализму, которое завело многих наших архитекторов в тупик бесперспективного формализма.

 

Естественной реакцией на эти неудачные попытки перенести на нашу почву внешние формы современной архитектуры Запада был переход к так называемому использованию классического наследия — направлению, которое в свою очередь превратилось в дальнейшем в разновидность формализма. Его характерными чертами стали неоправданное украшательство, архитектурные излишества, чрезмерная монументальность — пороки, возникшие из неверного понимания задач архитектуры только как задач художественных и забвения материальной основы архитектуры.

 

Отсутствие в творчестве многих архитекторов, может быть даже у большинства из нас, ясной, твердой и принципиальной направленности, беспрестанные споры и дискуссии о путях дальнейшего развития советской архитектуры, о творческом методе, неразработанность многих важных проблем теории архитектуры осложняли нашу работу, ограничивали ее преимущественно формальными исканиями и нередко приводили к неверным решениям.

 

Переходя к анализу школ, следует напомнить, что в осуществление постановления ЦК ВКП(б) и СНК СССР о ликвидации второй и третьей смен в школах и строительстве школ в городах, в Ленинграде требовалось построить в первую очередь свыше 180 школьных зданий; из них только за один 1935 г. было выстроено и сдано в эксплуатацию 38 школ, рассчитанных на 29 060 учащихся.

 

Школы тогда проектировались двух типов: двухкомплектная на 880 и однокомплектная на 400 учащихся. По программе проектирования малая, однокомплектная школа должна была иметь десять классов, физико-химическую лабораторию, кабинет естествознания, библиотеку, учительскую, канцелярию, кабинет врача, буфет, ком-

 

 

—стр. 203—

 

нату технических служащих, комнату для спортивного инвентаря и квартиру директора, не считая вестибюля со школьным гардеробом и пр. Такой тип школы вызывался необходимостью обеспечить школьными зданиями старые, главным образом центральные районы Ленинграда с интенсивной застройкой и большой плотностью населения, в которых не было достаточных по размерам свободных участков, пригодных для размещения школ на 880 учащихся. В отдельных, правда, очень редких случаях даже для небольшой однокомплектной школы в переуплотненных кварталах с большим трудом удавалось найти более или менее подходящий, хотя и недостаточный по своим размерам, участок, но и на это приходилось идти, чтобы обеспечить детей школами.

 

На бывших окраинах города малые школы строились только в отдельных случаях для уменьшения радиуса обслуживания при небольшой плотности населения. Так, например, для строительства школы по улице Стачек, 94/96 был отведен большой, свободный от застройки участок; следовательно, авторы проекта (Д. Л. Кричевский и я) в данном случае сложными условиями участка стеснены не были. Это получило свое отражение в свободной композиции плана, хорошей ориентации классов (восток, юго-восток), полноценном освещении рекреационных коридоров, отсутствии так называемых «оборотных» классов (т. е. классов с входной дверью в торцовой стене) и т. п.

 

Планировочная структура этой школы ясна из эскизного плана второго этажа. В трех этажах здания вдоль светлого коридора размещаются все десять классов и буфетная, а в первом этаже, у второй запасной лестницы — квартира директора. Вестибюль и все остальные предусмотренные программой помещения занимают головную часть здания — около основной школьной лестницы и частично (уборные) в лицевом выступе-раскреповке в южном торце школы.

 

Открытый участок, отсутствие сколько-нибудь ценного архитектурного окружения рядом с проектируемой школой, за исключением находящегося на расстоянии полутораста метров Дома культуры имени И. И. Газа, позволили сравнительно легко найти архитектурный образ здания, имеющего свободное, асимметричное

 

 

—стр. 204—

 

объемно-пространственное построение, а следовательно, и план, решавшийся в данном случае просто и удобно в функциональном отношении.

 

Западный фасад, обращенный к улице Стачек, нарисован богаче и монументальнее восточного, но все же достаточно строг. Вход в школу, находящийся в раскреповке выступающей головной части здания, дополнительно подчеркнут шестиколонным портиком небольшого выноса. Упрощенный большой ордер портика повторяется в виде пилястр на всем головном объеме и на замыкающей фасад небольшой креповке с правой стороны. По высоте здание расчленено на две части: нижние два этажа, окаймленные ордером в виде лопаток на переднем и спаренных пилястр на заднем фасаде, и выделенная таким образом гладкая поверхность стены третьего этажа. Сочетание свободного, асимметричного объемно-пространственного построения с примененными на фасадах архитектурными формами и деталями «упрощенной классики» в данном случае внесло в решение облика здания некоторую мягкость и свежесть, придав ему в какой-то мере более современные черты.

 

 

План второго этажа школы на улице Стачек, 94/96

 

 

На других участках, в одном из центральных районов (Дзержинском) с уже сложившейся застройкой, задача оказалась сложнее. Участок для школы по Моховой улице, 19 по своей площади не отвечал даже низшему пределу норм проектирования. Его ширина по фронту застройки улицы (длина фасадной линии) равнялась 31—32 м при глубине около 70 м; площадь участка, таким образом, составляла немногим более 0,2 га. Фасадная линия ориентирована на восток, поэтому вследствие ограниченных размеров участка большинство классов пришлось расположить окнами на

 

 

—стр. 205—

 

 

Школа на улице Стачек, 94/96. Фасады

 

 

улицу, даже без отступа от красной линии. Правда, Моховая — улица без сколько-нибудь интенсивного движения городского транспорта. Небольшая длина фасадной линии участка вынуждала расположить здание сплошным фронтом вдоль улицы. Более того, для получения необходимой полезной площади при обязательной высоте здания не выше четырех этажей потребовалось часть здания повернуть под прямым углом к главному корпусу и разместить его вдоль правой боковой границы участка, образовав тем самым небольшой дворовый флигель. Это дало возможность в трех верхних этажах лицевого корпуса расположить по три класса и одному дополнительному помещению, равному по площади двум третям класса, пригодному для размещения (в разных этажах) учительской, библиотеки и других вспомогательных помещений; четыре классных помещения с западной ориентацией предусмотрены в дворовом флигеле. От лучшей для них южной ориентации пришлось отка-

 

 

—стр. 206—

 

заться не столько из-за того, что при этом классы получились бы «оборотными», сколько в связи с невозможностью превысить заданный предел кубатуры здания. Правда, только два из них использованы как классы, а остальные два заняты вспомогательными помещениями.

 

Для лучшего проветривания участка и устройства входа в школу не прямо с уличного, к тому же довольно узкого, тротуара в первом этаже здания сделан широкий проход (проезд), разрезающий его на две части. Левая часть первого этажа, в бо́льшей степени изолированная от классов, использована для размещения в ней квартиры директора и некоторых второстепенных обслуживающих помещений. Правая часть занята вестибюлем и гардеробом учащихся. В первоначальном варианте проекта нами предлагался более экономный по кубатуре прием решения этой части здания. Он заключался в устройстве перепада этажей лицевого и дворового корпусов здания, при котором можно было отказаться от отрезка коридора, параллельного основной лестнице. Однако при утверждении проекта этот вариант не был принят во избежание якобы неудобного для школы расположения части школьных помещений на дополнительных промежуточных уровнях.

 

Архитектурное решение внешнего облика школы на Моховой улице возникло у нас не сразу. Стремясь выделить здание из жилой застройки и подчеркнуть его общественное назначение, мы вначале решали фасад в монументальных формах с применением большого ордера в виде пилястр, опирающегося на спокойный, рустованный первый этаж. Стилевой характер здания определялся не только нашим желанием органически включить его в застройку улицы, где можно было наряду с произведениями строго русского классицизма конца XVIII — начала XIX вв. найти немало образцов «добропорядочного», сдержанного академического эклектизма и даже современные сооружения.

 

Наши поиски выразительного архитектурно-художественного образа здания школы, возможно более отвечающего его новому содержанию, основывались на попытках творческой переработки приемов композиции и внешних архитектурных форм классики. Здание должно было строиться из традиционных строительных

 

 

—стр. 207—

 

материалов, что, со своей стороны, исключало применение современных, простых архитектурных форм, основанных на новых конструкциях и материалах, получивших в то время широкое распространение в зарубежной проектно-строительной практике.

 

Большой ордер мы сразу же отбросили, так как он резко выпадал из общего масштаба архитектуры улицы. После недолгих поисков мы пришли к решению, которое, как нам казалось, удовлетворяло требованиям единого масштаба и тактично подчеркивало общественный характер здания, выделяя его из ряда соседних домов.

 

 

Фасад, планы первого и второго этажей школы на Моховой улице

 

 

На спокойную плоскость основного объема здания мы как бы наложили еще один фасад, имевший чисто декоративное значение, образованный легкой раскреповкой рустованной сте-

 

 

—стр. 208—

 

ны первого этажа, на которую поставлены один на другой три пояса из небольших (по высоте окна) спаренных колонн и завершенных развитым богатым антаблементом. Этот второй фасад, довольно сильного рельефа, подхватывая некоторые горизонтальные членения соседних зданий, создавал тем самым зрительно ощущаемую композиционную связь с ними и в то же время отделялся от них окружавшей его спокойной рамкой плоскости основного объема здания. Конечно, это было чисто формалистическое архитектурное решение, не вытекавшее из внутреннего содержания и конструктивной основы здания. Такие ложные в своей основе композиционные решения были в то время распространенным явлением в проектно-строительной практике многих советских архитекторов.

 

Участок школы по улице Каляева, 3б, в том же районе (Дзержинском) оказался еще более сложным. Прежде всего он был недопустимо мал: площадью всего 0,16 га (40,76 м по фронту и 38,73 м в глубину). Ориентация же фасадной линии на север и почти сплошная застройка по трем остальным границам делали его еще менее пригодным даже для малой школы. Но острая нужда в школах и полное отсутствие в окружающем районе других свободных участков вынуждали использовать его для этой цели.

 

Сделанный мной первый эскиз решал задачу следующим образом. Основной объем здания состоял в каждом этаже из частично расширенного рекреационного коридора с окнами, обращенными на север, четырех классов (одного, выходящего в коридор торцом) и еще одного-двух небольших вспомогательных помещений. Основной объем здания ставился с некоторым отступом от красной линии таким образом, что два его узких выступа, в которых располагались лестничные клетки и уборные, образовывали небольшой курдонер с палисадником, отделявший школу от улицы. Второй отступ, у левой границы участка, заполнялся декоративной лоджией, которая оформляла проезд (проход) в школьный двор. При этом приеме не хватало четырех помещений по одному оконному модулю каждое, т. е. площадь пригодных для использования помещений в основной части здания соответствовала 55 модулям вместо необходимых по программе 59 модулей. Кроме того, объем здания в этом варианте вырастал против заданного программой за счет

 

 

—вклейка—

 

Первый эскиз школы на набережной Робеспьера

 

 

—стр. 209—

 

Школа на улице Каляева. Первоначальный эскиз проекта, генеральный план и планы второго и четвертого этажей технического проекта

 

 

—стр. 210—

 

удлинения и без того несколько узкого коридора (шириной 2,5 м) в целях его использования как единственного рекреационного помещения. Поэтому первоначально намеченное решение внешнего архитектурного облика школы, на первый взгляд интересное и выделяющее здание из соседней типично петербургской жилой застройки, оказалось неприемлемым.

 

Второй, осуществленный, вариант проекта, который был разработан мной совместно с архитектором Н. М. Уствольской, основан на симметричной композиции плана и объема здания с четырьмя «оборотными» классными помещениями (с торцовым входом), которые в двух случаях использованы как классы, а в двух других — под квартиру директора и буфет. При этом решении кубатура здания оказалась на пределе (7500 м³), а планировка все же производила впечатление затесненной. Характерного для школы внешнего образа здания нам найти не удалось, и только большие глухие плоскости в боковых западающих частях фасада в какой-то мере выделяют здание из примыкающей к нему жилой застройки.

 

В следующем, 1936 г. мне пришлось еще раз решать подобную задачу и построить школу на 400 учащихся. На этот раз школа проектировалась на столь же сложном и малопригодном участке, но в более ответственном в градостроительном отношении месте — на набережной Робеспьера, восточнее Литейного моста.

 

Небольшой по размерам участок (примерно 60×40 м) своим длинным лицевым фронтом обращен на набережную, т. е. на северную сторону горизонта. Тремя другими сторонами он соприкасается с существующей плотной застройкой квартала, причем южный фронт его застроен и затенен в меньшей степени, чем боковые.

 

В архитектурно-планировочном задании на проектирование школы подчеркивалось градостроительное значение застройки этого участка, выходящего на главнейшую водную магистраль города — реку Неву. Это обстоятельство продиктовало расположение здания вдоль набережной, но в то же время, учитывая его ориентацию и конкретные условия квартала, требовало неполной застройки всего фронта, с сохранением разрывов между школой и соседними домами (для лучшего проветривания участка). В связи с этим надо было подумать о таком оформлении оставляемых разрывов, кото-

 

 

—стр. 211—

 

рое одновременно прикрывало бы малопривлекательные торцы, глухие брандмауэры и дворовые фасады застройки соседних участков и обеспечивало свободный доступ воздуха внутрь квартала. Прилегающий к левой границе участка, выходящий на набережную торец соседнего двухэтажного дома согласно архитектурно – планировочному заданию предполагалось в дальнейшем надстроить до заданной высоты школы, т. е. до четырех этажей. Все это предопределяло длину здания школы по фронту максимум в 40—50 м. Кроме того, ориентация участка требовала размещения классов окнами преимущественно на юг, т. е. во двор, светлых коридоров-рекреаций и санитарных узлов — на север, т. е. на Неву. Эти соображения помогли наметить первоначальный архитектурно-художественный образ здания, его общую объемно-пространственную структуру.

 

 

Школа на набережной Робеспьера.

Генеральный план и планы первого и третьего этажей технического проекта

 

 

Так сложилась симметричная по фасаду композиция: в центре — само здание, по бокам — декоративные арки-проезды; фасад здания представляется в виде решетки крупных окон, освещающих коридоры-рекреационные; размещение по фасаду лестниц и уборных делало желательным устройство двух боковых ризалитов с глухими

 

 

—стр. 212—

 

фасадными плоскостями и окнами в их боковых стенах. В воображении возникали общие черты архитектурной композиции: за гранитом набережной возвышается обращенное к Неве четырехэтажное здание, состоящее из прорезанной оконными проемами стены центрального объема, глухих массивных ризалитов и двух ажурных декоративных боковых частей. В тот момент стилевой характер здания еще не был установлен.

 

Далее началась проверка и уточнение первоначальной мысли путем детальной разработки плана. Основной модуль плана школы — класс с его твердо зафиксированной площадью и размерами и условия участка позволили быстро решить задачу, хотя и не совсем так, как это вначале представлялось. Необходимость строгого соблюдения пожарных разрывов и пожелание иметь не более одного «оборотного» класса на этаж заставили нас отказаться от симметричного решения объема здания со стороны двора и одно из классных помещений повернуть торцом к коридору; использовано как класс оно только в третьем и четвертом этажах, во втором этаже в нем устроен буфет, в первом — квартира директора.

 

Переходя затем к конкретизации внешнего образа школы на набережной Робеспьера, я исходил из того, что стилевую характеристику архитектуры здания должны определять в основном классическая архитектура исторической центральной части города, застройки его набережных, река Нева с ее просторами. Монументальный характер архитектуры гранитной набережной и ее застройки подсказывал соответствующее ему архитектурное решение и новой школы. Поэтому в первом эскизе я нарисовал парадный монументальный фасад в большом коринфском ордере. Идея эта получила свое завершение в проектном задании. Фасад на этой стадии отличался от эскизного только числом колонн в центральной части здания (четыре вместо пяти) и отказом от скульптурных фигур на аттике. При утверждении проектного задания мне было справедливо указано на чрезмерную монументальность фасада. Впрочем, в то время я и сам это чувствовал. Конечно, я мог бы без труда сделать фасад более легким, заменив трехчетвертные колонны пилястрами небольшого рельефа. Но меня не удовлетворяло другое: в столь помпезной архитектуре не было ничего совре-

 

 

—стр. 213—

 

 

Перспектива к техническому проекту (выполнена арх. В. Дроздовым) и вариант фасада школы

 

 

—стр. 214—

 

менного, она была ретроспективна, стара и по существу не соответствовала внутреннему содержанию здания советской школы. Поэтому в процессе разработки технического проекта я продолжал поиски иного, более современного характера архитектуры.

 

Начались они с отказа от большого ордера, боковых «триумфальных» арок и общего облегчения декора. Так, среди других появился эскиз, в котором классический ордер еще сохранился, но стал уже более легким и «человечным», а боковые арки превратились в монументальную, но достаточно легкую ограду. Детали фасада — карниз, наличники и обрамление окон были упрощены и модернизованы.

 

Однако все это было еще не то, чего мне хотелось, а именно — придать зданию более современный вид, иными словами, отразить в нем время его сооружения, сделать его созвучным эпохе.

 

Удовлетворять потребности общественного человека в нужных ему зданиях — это значит одновременно отражать в произведениях архитектуры и жизнь общества. Прежде всего во внешнем облике здания, в его объемно-пространственной композиции, в распределении, размерах и пропорциях окон и в ряде других, самых разнообразных деталей, в характере увязки здания с окружением, должно быть отражено его назначение. Целая система выразительных средств, присущих архитектуре как искусству, служит этому отражению и дает возможность архитектору в зависимости от его мастерства, создавать в одних случаях более, в других менее яркий, запоминающийся художественный образ здания. Стилевой характер архитектуры, естественно, должен соответствовать своему времени. Так зачем же затушевывать новый характер здания, украшая его фасады декоративным нарядом, возникшим под влиянием каких-то других условий, отвечающим своим особым эстетическим закономерностям, выражающим совсем иные идеи? Зачем облекать здание, например, в формы классической архитектуры, пусть прекрасной, но уже чуждой?

 

Без большого преувеличения можно сказать, что производственно-технические средства архитектуры, а именно строительные материалы и конструкции, к середине 1930-х годов у нас еще мало ушли вперед со времени основателя города Петра I. Поэтому надо

 

 

—стр. 215—

 

было либо использовать ранее созданные средства архитектурно-художественной выразительности, возникшие на основе строительной техники и эстетических взглядов прошлого, что казалось мне неверным, либо пытаться заново создавать архитектурные формы, которые позволили бы отразить во внешнем образе здания его новое функциональное и идейное содержание и не вступали при этом в противоречие с достигнутым уровнем строительной техники.

 

 

Эскизы фасада школы. Окончательный вариант

 

 

Передо мной, как и перед многими моими товарищами архитекторами, не раз возникала эта сложная проблема. Решение ее я искал на пути критической переработки и модернизации классических архитектурных форм, обязательно остающихся в соответствии с состоянием строительной техники и материально-технической

 

 

—стр. 216—

 

основой здания, с тем чтобы они лучше раскрывали в архитектурном образе новое содержание, полнее отражали современную действительность.

 

 

 

Модель утвержденного проекта школы и эскиз переработки фасада в 1946 г.

 

 

Мои искания в этом направлении нашли отражение во многих моих работах. Это Дворец культуры имени А. М. Горького, административное здание на Литейном проспекте, баня на улице Чайковского, жилой дом Ленсовета на Московском проспекте в Ленинграде, здание мединститута в Алма-Ате и ряд других зданий и сооружений, а также неосуществленные проекты, например, несколько вариантов проекта ленинградского крематория.

 

 

—стр. 217—

 

 

Перспектива и фасад школы, 1946 г.

 

 

Таким же путем я пошел и в дальнейшей работе над проектом школы на набережной Робеспьера. В последнем варианте проекта, по которому здание было построено вчерне, начальный замысел объемно-пространственной структуры здания, оставшийся в своей основе неизменным, получил в характере трактовки деталей иное выражение, как мне кажется, более свежее и своеобразное. Я проверил это решение на модели, и оно встретило безоговорочную поддержку в Архитектурном совете Ленинграда. Проект был в 1936 г. утвержден, здание построено и сдано в эксплуатацию, впрочем, как и ряд других школ строительства середины 1930-х го-

 

 

—стр. 218—

 

дов, временно без наружной штукатурки и отделки фасадов; не осуществлены были также и боковые каменные ограды-ворота. В таком виде здание просуществовало до 1946 г., когда в связи с проводившимися большими работами по послевоенному восстановлению и благоустройству города возник вопрос о завершении наружной отделки фасадов школы.

 

Однако при уточнении архитектурно-планировочного задания мне было предложено переработать фасад и, не меняя по возможности уже существующей конструктивной основы, придать ему вошедший тогда в моду и чуть ли не ставший обязательным характер классической архитектуры. При этом я должен был изменить вертикальные членения в духе лучших образцов «петербургской классики».

 

Моя, как мне казалось, достаточно удачная попытка ограничиться в основном изменением членений и разбивкой модернизованного ордера на два яруса не получила одобрения. Дальнейшая работа привела меня к традиционному, но вместе с тем более шаблонному решению, которое, хотя меня и не удовлетворяло, но было осуществлено.

 

Нельзя не признать, что после переработки фасада школы общий фронт застройки набережной стал спокойнее и единообразнее, но свежесть и выразительность художественного образа нового здания, включенного в ансамбль архитектуры XIX века, по-моему, были при этом все же утрачены.

 

Если бы эта архитектурная задача в тех же точно градостроительных условиях и при той же программе проектирования была поставлена теперь снова, то, конечно, я решал бы ее иначе, в соответствии с теми изменениями, которые жизнь внесла в архитектуру и строительство.

 

Наше социалистическое общество успешно идет к коммунизму. Перед архитектурой встали новые задачи. Они потребовали максимальной индустриализации всего строительства и создания мощной материально-технической базы, основанной на новой, передовой строительной технике, с учетом отечественного и прогрессивного зарубежного опыта. Это, в свою очередь, привело к коренной перестройке творческой направленности советской архитектуры.

 

 

—стр. 219—

 

Законченный фасад школы

 

 

—стр. 220—

 

Сейчас мы твердо знаем, что художественные задачи могут решаться только при условии освоения и широкого использования современной передовой строительной техники, которая становится сегодня основой нашей творческой практики и дает архитектору полную возможность создавать архитектурные произведения, достойные эпохи развернутого строительства коммунизма.

 

 

Из творческого опыта : Возникновение и развитие архитектурного замысла / А. И. Гегелло ; Институт теории и истории архитектуры АСиА СССР. — Ленинград : Государственное издательство литературы по строительству, архитектуре и строительным материалам, 1962. — 376 с., ил.

ОГЛАВЛЕНИЕ

 

 

 

топ-7 школ с авторской архитектурой, где хочется учиться

18 декабря 2019 г.

Общественные пространства вместо пустынных рекреаций, столовая под открытым небом и стеклянные стены в учительской – сегодня архитекторы практикуют новые смелые подходы к проектированию школ. Пересматривается всё: планировка, привычный набор помещений, их функционал, организация пришкольных территорий, строительные материалы. Цель творческих устремлений – создать школу для гармоничного и всестороннего развития детей с комфортной, мотивирующей и безопасной средой не только для обучения, но и для движения, общения, для свободного времени, творчества. Какими могут быть современные школы? Рассмотрим самые новаторские проекты.

Школа-интернат в пос. Бурабай, Казахстан. IND architects

Проект создан в рамках первой сети частных школ в Средней Азии, ученики войдут в классы 1 сентября 2020 года. Здание расположится в живописном месте – в сосновом бору на берегу озера Бурабай. Для облицовки используют экологически чистый фиброцементный материал цвета скальных пород. Большая площадь остекления позволит естественному свету свободно проникать в помещения школы.

Авторы проекта стремились создать подходящую среду для учеников с разными научными и творческими интересами – для детей сделают кабинеты робототехники, программирования, 3D-моделирования, лабораторию естественных наук с парником и садом, аудитории для занятий живописью, музыкой. В школе-интернате особенно важно организовать интересный и вариативный досуг – площадки для игр в настольный теннис, зоны подвижных игр, лодочный причал, эллинг на берегу озера, юрточные городки.

Важная концептуальная часть проекта – открытость. Например, стены учительской будут прозрачными – это сблизит учеников и учителей. В проекте много просматриваемых перегородок, а для тех, кто хочет остаться на время в одиночестве, в главном холле есть места для сосредоточенной работы.

Пришкольная территория спланирована таким образом, чтобы было легко попасть из здания на нужные пространства под открытым воздухом – спортивный корпус примыкает к площадкам для игры в волейбол и баскетбол, конференц-зал выходит во двор для торжественных мероприятий. Столовая располагает зоной на свежем воздухе, где можно пообедать в тёплую погоду.

UWC Dilijan College, Дилижан, Армения. Tim Flynn Architects

Международная армянская школа UWC College Dilijan открылась в 2014 году. Архитекторы создали комплекс современных зданий, интегрированных в историческую и природную среду. В облике школы ясно читаются традиции местной архитектуры – каменная кладка из армянского туфа, красные крыши и нависающие балконы, зелёные насаждения на фасаде. Волнообразную крышу покрывают озеленённые плиты, делающие её созвучной горному ландшафту. Растения, используемые для декоративного оформления зданий, меняют свой цвет в зависимости от сезона. Сложность при создании проекта заключалась в нередких землетрясениях в районе постройки. Сейсмоустойчивость стала отдельным пунктом для архитекторов – они спроектировали подпорные стены для защиты от оползней.

Ядро внутреннего пространства школы – два просторных атриума. Нестандартное остекление и прозрачные вставки крыши создают интересную игру света на полу с геометрическим рисунком. В отделке интерьера превалирует свежая цветовая гамма зелёного и жёлтого, которая перекликается с яркой мебелью в холлах.

Начальная школа Pazdigrad, Сплит, Хорватия. X3M

Здание школы, расположенной на периферии города, представляет собой конструкцию из сложенных бетонных платформ. Здесь у детей много свободного и открытого пространства для игр – архитекторы сделали ставку на просторные незаполненные общественные зоны. Одна из них выкрашена в яркий жёлтый цвет. Широкие бетонные лестницы также призваны быть многофункциональной площадкой для отдыха.  

Дизайн помещений нетипичен для школы – здесь есть намеренная незавершённость: грубые структуры бетонных колонн и плит, стеклянные вставки и балюстрады из простой металлической сетки. Минималистичность и простота интерьера пробуждают креативное мышление, способствуют свободе самовыражения.

Экспериментальная начальная школа, Шэньчжэень, Китай. O-office Architects

Школа вместимостью 36 классов построена на площадке всего 100 на 100 метров. Такие условия задала плотная высотная застройка южного китайского города. Другим вызовом авторам проекта стала близко расположенная ветка метро. В итоге высота здания школы нетипичная – 6 этажей и подземный уровень.

Архитекторам предстояло создать благоприятную среду для взаимодействия и коммуникации в вертикальном пространстве. Общественные зоны уходят на подземный уровень, где есть два небольших парка с перепадами высот, зеленью и детскими игровыми зонами. Эти пространства соединяются с другими уровнями стальными ступенчатыми мостами с зелёными насаждениями, оживляющими бетонную конструкцию школы в густо заселённом районе города с субтропическим климатом. На крыше школы расположили сады.

Учебные классы экспериментальной китайской школы спроектировали в виде необычной системы из шести парных блоков с подвижной перегородкой. Преимущества такой проектировки – более тщательная вентиляция классных комнат, возможность превратить два объединённых пространственных модуля в просторную площадку для конференций и круглых столов.

Школа Людвига-Швамба и Мюльталя, Дармштадт, Германия. Walter Huber Architekten

Два уютных двухэтажных корпуса построены из клеёных деревянных панелей светлого естественного цвета, экологичность постройки стала важным аспектом проекта. Внутри также превалирует отделка из дерева – в настенных панелях и потолочных конструкциях из клеёного бруса. Системы хранения – встроенные шкафчики, стеллажи для вещей и книг – тоже деревянные.

Школа нацелена на инклюзивное обучение, поэтому планировка проста и удобна, а пространство школы открыто для свободного движения – архитекторы использовали минимум перегородок. Так, актовый зал и столовая на первом этаже легко объединяются с вестибюлем. На втором этаже расположена многофункциональная зона с мягким покрытием, используемая как для игр, так и для учёбы. Вокруг неё сконцентрированы классные комнаты, заполненные естественным светом благодаря высоким оконным рамам.

 

The Heights. Арлингтон, Вирджиния, США. Bjarke Ingels Group

Основными строительными материалами для школы стали белый кирпич и стекло. «Веерная» конструкция здания позволила создать каскадные террасы и соединить каждый этаж с прилежащей к нему озеленённой территорией. Такое экологичное решение очень удачно для школы, расположенной в районе плотной городской застройки и окружённой тремя дорогами. Каждая терраса представляет собой открытую общественную зону для общения, социального взаимодействия и неформального обучения. Внутреннее пространство школьного холла и улица практически взаимопроникают благодаря панорамному остеклению. Перегородки в здании также выполнены из стекла и визуально расширяют пространство, обеспечивая сквозную перспективу.

Если внешняя отделка из белого кирпича минималистично однотонная, то внутри каждый этаж имеет свой уникальный цвет – синий, фиолетовый, розовый, жёлтый и оранжевый. Крытая баскетбольная площадка выполнена в зелёном цвете. Спортивный зал, библиотека, зал для мероприятий, столовая сконцентрированы на первом этаже и соединены друг с другом переходами.

Fantasia Blossom School. Чэнду, Китай. PURE Architects

Образовательный центр для дошкольников примыкает к густо заросшему берегу реки Янгма. Архитекторы создали здание, которое подражает своей формой изгибам реки и сливается с величественным природным ландшафтом. Для строительства использовали дерево. Четыре объёма объединены асимметричной крышей, создающей ломаную линию. Вся пришкольная территория отделана мягким покрытием разных цветов, предназначенным для игр и занятий спортом.

ATRIUM – Школа «Летово»

Школа-пансион для обучения одаренных детей с 7 по 11 класс с собственным кампусом, в котором могут проживать учащиеся и преподаватели, строится на территории Новой Москвы. В 2014 году на проект школы был проведен архитектурный конкурс, первое место в котором получил проект голландского бюро Atelier PRO, и теперь, в процессе реализации, мастерская «Атриум» выступает его соавтором с российской стороны и исполняет функции генерального проектировщика.

Читать о проекте

Архитектура – один из важнейших инструментов, формирующий образ школы. В основу ложатся новые для России принципы школьного строительства, использующиеся за рубежом последние 20 лет, – эффективная обучающая среда, многофункциональность и гибкость пространства, безопасность и комфорт людей. В плане четырехэтажное школьное здание представляет собой трехлучевую звезду, в северо-восточном и южном лучах которой размещаются учебные помещения, пространства для занятий творчеством, а в западном – спортивный блок. Однако первым делом попадаешь в вестибюль, который является частью центрального ядра школы – многосветного атриума, главной особенности здания.

Это сложное и трансформируемое при необходимости пространство большую часть времени исполняет функции школьной рекреации. Но может быть и актовым залом, способным вместить всех учащихся и преподавателей школы, или небольшой изолированной аудиторией. К атриуму примыкает пространство сцены – большое внимание в новой школе будет уделяться художественному и эстетическому образованию. Уровни здания объединяют лестница-амфитеатр и зимний сад с «зеленой стеной».

Ключевой задачей стало, в том числе, создание индивидуального и запоминающегося облика комплекса. Фасады всех зданий выполнены в единых материалах, но различаются стилистически и цветом, что отражает различия в функциональном наполнении. Основной материал отделки фасада школы – светлый клинкерный кирпич и клинкерная плитка. Второй по значению (и площади фасада) материал – это серые анодированные алюминиевые навесные панели.

Результатом же становится яркая разнообразная образовательная среда, где ребенку комфортно и интересно. А ученик выступает не просто пользователем, но может менять пространство вокруг себя – адаптировать его и адаптироваться в нем.

РазмещениеРоссия, Москва, Новомосковский административный округ, поселение Сосенское, вблизи дер. Летово
Проектирование2015
Окончания строительства2018
Генеральный проектировщикООО «АМ АТРИУМ»
ЗаказчикООО «Валовая 37»
Площадь участка20,3 га
Площадь школы19128 кв. м (1012 учащихся)
Архитекторы ATRIUMВера Бутко, Антон Надточий, Анна Шапиро, Сергей Бирюков, Айказ Папертян, Тимофей Лютомский, Виктория Гайдай, Алексей Калашников, Юлия Раннева
Архитекторы Atelier Pro Кристенсен, Паскаль Лейстра

Архитектурно- строительное черчение | Образовательная социальная сеть

Слайд 1

Архитектурно-строительное черчение Учитель черчения ГОУ СОШ № 639 Власова Светлана Васильевна

Слайд 2

Архитектура – древнейшая область человеческой деятельности. Начиная с первобытного общества она сопровождает людей на всем протяжении истории. Одним из первых сознательных действий человека явилось создание жилища. Пещеры, шалаши, землянки защищали его от ветра , дождя и холода. Постепенно ширился круг знаний и практических навыков человека. Вместе с жилищем начали строиться и другие виды зданий: торговые площади и склады, гавани, храмы и церкви, для богослужения , театры для зрелищ. Таким образом, основное назначение архитектуры – это возведение зданий, в которых протекает жизнь человека.

Слайд 3

С чего начать? В жизни человека бывает момент, когда нужно спланировать свой дачный участок, определить характер и внешний вид дачного домика, продумать расположение мебели в квартире. С чего начать? Как объяснить строителям, что вы хотите? В какой последовательности вести работу? Как прочитать ту документацию, которую показывают строители, как внести в неё коррективы и правки? Ответы на эти вопросы вы найдёте в курсе архитектурно-строительное черчение.

Слайд 4

Архитектурно-строительные чертежи Строительные чертежи подразделяются на: Архитектурно-строительные:- чертежи жилых, общественных (школы, театры, библиотеки и пр.) и производственных (заводы, фабрики, фермы и пр.) зданий Инженерно-строительные: – чертежи сооружений и строительных конструкций (мосты, тоннели, эстакады, железные и шоссейные дороги, гидроэлектростанции и пр.) Топографические: – чертежи земной поверхности, изображающие рельеф местности: водоемы и насаждения, строения, дороги, города и поселки

Слайд 5

Основные сведения Человек освоил свое жилище с незапамятных времен. Оно укрывало его от непогоды и диких зверей. Первыми строительными материалами были ветки, солома, глина, шкуры животных; с течением времени их сменили бревна, камень, глина, высушенная на солнце. Дома стали просторнее, прочнее, комфортнее. Совершенствовались конструкции, материалы и строительные технологии.

Слайд 6

Профессия архитектор Появилась новая профессия-архитектор. Архитектор сначала рисовал и чертил еще не существующее сооружение, выполнял в уменьшенном масштабе его модель, а после этого строил- дворцы, виллы, цирки, театры,… Заказчиками были фараоны, цари, церковь, вельможи, богатые купцы, власть имущие чиновники и другие состоятельные люди и корпорации.

Слайд 7

Основные сведения Хотя история архитектурно- строительной графики намного старше истории чертежей а машиностроении, в настоящее время чертежи всех отраслей промышленности и строительства выполняются по общим правилам Единой Системы Конструкторской документации (ЕСКД). При этом архитектурно- строительные чертежи имеют свои особенности и отличия.

Слайд 8

Особенности и отличия архитектурно- строительных чертежей Линии на архитектурном чертеже обычно тоньше линий на машиностроительных чертежах. Э Ограничителями размерных линий на машиностроительных чертежах служат не стрелки, а засечки. Размерная цепочка должна быть замкнута (что не допустимо на машиностроительных чертежах) размерные числа могут повторяться в обозначения видов и разрезов включают слова: «План», «Фасад», «Разрез» На разрезах контуры фигур, расположенных в секущих плоскостях, изображают тоньше остальных линий и т.д.

Слайд 9

Конструктивные элементы зданий Любое здание, будь то жилой дом, школа или завод, имеет четко выраженные конструктивные части: фундамент, стены с окнами и дверями, перекрытия (полы и потолки), лестницы, крыши.

Слайд 10

Проектно-строительная документация Мы рассмотрим три вида проектной строительной документации, которая включает в себя: 1.Чертежи, определяющие внешний вид здания, – перспектива и фасады. 2.Чертежи, определяющие конструкцию здания, – планы и разрезы 3.Чертежи, определяющие размещение здания на земельном участке, – генеральный план.

Слайд 11

Название изображений Название изображений , используемых в архитектурно-строительном черчении : – вид здания спереди – главный фасад – вид слева и справа – боковой фасад – вид сзади – дворовой фасад – вид сверху – план крыши

Слайд 12

Фасады здания

Слайд 13

План этажа Чтобы показать планировку внутренних помещений здания, выполняют план этажа или этажей . Чертежи планов сопровождают надписью: “План 1-го этажа”, “План типового этажа”, “План чердака” Планы получают в результате рассечения здания горизонтальными плоскостями, проходящими на уровне оконных и дверных проемов.

Слайд 14

План квартиры

Слайд 15

План здания По плану можно определить конфигурацию и размеры здания, расположение комнат, подсобных помещений, оконных и дверных проемов, лестниц, толщину стен и перегородок и т. д. На планах обязательно указываются номера помещений, названия которых записывают в экспликации. Площадь каждого помещения, выраженную в квадратных метрах, передают цифрами, подчеркнутыми тонкой сплошной линией

Слайд 16

Внутренняя конструкция здания Для выявления внутренней конструкции здания – высоты этажей, оконных и дверных проемов, глубины фундамента, конструкции перекрытий и лестниц – выполняют чертежи разрезов зданий. В зависимости от направления секущей плоскости разрезы бывают продольными – вдоль длины здания и поперечными – перпендикулярно к длине здания.

Слайд 17

Генеральный план Генеральный план – это чертёж, раскрывающий форму и границы застраиваемого участка, все существующие, реконструируемые и проектируемые здания, постройки и сооружения. зелённые насаждения и водоёмы, дороги и прочее. Генеральные планы выполняются в масштабах уменьшения – 1:400; 1:500; 1:1000.

Слайд 18

АЛГОРИТМ ЧТЕНИЯ ГЕНЕРАЛЬНОГО ПЛАНА Проанализировать границы и форму земельного участка; установить его площадь. Определить ориентацию участка относительно сторон света. Выяснить масштаб изображения. Установить количество строений, их назначение и форму. Определить размеры основного и всех остальных сооружений на участке, их ориентацию относительно сторон света. Установить расположение и характер зеленых насаждений, цветников, клумб, водоемов и пр. Проанализировать дороги на участке и подъездные пути к нему

Слайд 19

АЛГОРИТМ СОСТАВЛЕНИЯ И ВЫПОЛНЕНИЯ ГЕНЕРАЛЬНОГО ПЛАНА Выяснить размеры участка земли и его форму. Выбрать рациональный масштаб изображения. Выполнить очертания границ генерального плана земельного участка Обозначить ориентацию участка относительно сторон света. Установить количество сооружений, их назначение, форму. Выбрать на участке земли место для строительства главного здания и всех вспомогательных сооружений с учетом ориентации их относительно сторон света. Продумать и выполнить на генеральном плане участка дороги и подъездные пути к нему. Определить количество и характер зеленых насаждений, их место относительно строений, форму участков земли, отведенных под них и под водоемы.

Слайд 20

Генеральный план 1.Изобразить на генеральном плане и обозначить порядковым номером: главное здание, вспомогательные сооружения, зеленые насаждения, водоемы. 2.Выполнить отмывку красками. 3.Заполнить таблицы экспликации и условных обозначений.

Слайд 27

Ответьте на вопросы 1.Чертежи каких объектов относятся к архитектурно- и инженерно- строительным чертежам? 2.Как называются те конструктивные элементы и части здания, на которые указывают вопросы на рисунке? 3.Как называют вид здания? 4.Какой фасад называют главным, а какой дворовым? 5.Что такое план здания?

Слайд 28

6.В чем принципиальное отличие плана здания крыши или генплана участка застройки? 7.Что такое продольный (поперечный разрез) здания? 8.Изображения каких элементов показывают на разрезах и планах сплошной толстой основной линией, а каких- сплошной тонкой? 9.В каких единицах измерения указывают числа на полках знаков высотных отметок? Ответьте на вопросы

Слайд 29

Литература

Мясницкая, 20 – Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики»

Главный корпус Высшей школы экономики занимает обширную территорию между Мясницкой улицей и Кривоколенным переулком. Внутри сохранились палаты начала XVIII века, которые когда-то принадлежали потомку Рюрика князю Кольцову-Масальскому. Позже домом долгое время владела семья богатого армянского купца Ананьяна. В 80-х года XIX века часть уже перестроенного здания на Мясницкой занимала контора Бари, в которой работал над  чертежами  знаменитый  инженер Владимир Шухов.

Кольцово-Масальские

Четырехэтажный объем, главным фасадом выходящий во внутренний двор, украшен пилястрами и треугольным фронтоном. Это и есть перестроенный дом, с 1710 года принадлежавший стольнику и воеводе, представителю древней фамилии, ведущей свой род от Рюрика, князю Якову Ивановичу Кольцово-Масальскому.

К этому периоду истории дома относится свидетельство, зафиксированное в письме секретаря английского посольства в Москве Людвига Христофора Вейсборда от 10 августа 1710 года: «Шесть дней тому назад здесь во время пира у одного князя Масальского обрушился дом, при чем убило десять или двенадцать слуг и пять знатных лиц; между ними второй сын старого князя Бориса Алексеевича Голицына с женою и некто Бутурлин, заведовавший Земским приказом».

Дом Кольцово-Масальских на Мясницкой улице

Чертеж 1834 г. «Памятники архитектуры Москвы. Белый город». М., 1989

 

Усадебный дом находился в глубине большого двора и с 1710 года перестраивался неоднократно. Само владение расширялось за счет приобретения соседних небольших участков. После смерти бездетного князя Якова Ивановича в 1728 году дом еще более ста лет принадлежал его роду, перейдя по наследству сначала брату Ивану Михайловичу Кольцово-Масальскому, а затем его прямым потомкам. Последней его владелицей была княгиня Любовь Дмитриевна Кольцово-Масальская. В 1834 году умер ее муж — князь Александр Андреевич. Очевидно, вдове понадобилась оценка наследуемого имущества, так как именно этим годом датирован сохранившийся чертеж дома на Мясницкой. В первой половине XIX века это был двухэтажный барочный дом с четырехколонным портиком и высоким антаблементом, украшенный объемным родовым гербом. Фасад имел следы и более раннего оформления. Основной горизонтальный объем портика, как и три его окна с полуциркульным завершением, можно проследить и в современном здании.

В 1845 году наследники Кольцово-Масальского продали дом с большим садом армянскому купцу Ивану Степановичу Ананову.

Армяне Анановы

Ованес Ананьян (Иван Степанович Ананов) — один из представителей многочисленной армянской общины Москвы. Издавна проживая в столице, армянские купцы оставили заметный след в ее жизни, занимаясь благотворительностью, открывая учебные заведения, возводя храмы. Ананов не исключение: он вкладывал свои средства и был членом советов Лазаревского института восточных языков, нескольких приютов, армянских церквей, Екатерининской больницы, Московского художественного общества и даже Зоологического сада. Кроме того, Ананов стоял у истоков частного банковского дела в России. В 1866 году он стал одним из учредителей Купеческого банка — первого частного банка Москвы. С 1871 года он член совета Промышленного банка, затем ревизор Московского торгово-промышленного товарищества и выборный Московского биржевого общества. Одно из самых почетных назначений он получил в 1881 году, став казначеем Комитета для сооружения памятника императору Александру II в Кремле. За свои труды Ананов был награжден несколькими орденами и чином действительного тайного советника.

И.С. Ананов

Фото конца XIX в. grafika.ru

В Москве Иван Степанович владел несколькими особняками и доходными домами. Здесь, на Мясницкой, он прожил до самой своей смерти в 1888 году. Огромные капиталы и многочисленные владения остались его десятерым детям, половина из которых родилась в этом доме, и другим родственникам.

К этому времени владение включало в себя главный дом, по-прежнему стоящий в глубине двора, и несколько отдельных строений по красной линии улицы, сдававшихся различным магазинам и лавкам. Наследники решили построить на улице доходный дом с конторскими и складскими помещениями. В 1890-1900-х годах по проекту архитектора Александра Васильевича Иванова было возведено новое трехэтажное здание.

В его современном виде четко просматривается постройка Иванова. Мощная ступенчатая горизонтальная тяга над третьим этажом некогда была венчающим здание карнизом. Центр здания выделен рустованным ризалитом, нижний этаж также рустован. Большие горизонтальные витринные окна, разделенные пилястрами коринфского ордера, определяют торговое назначение дома.

От первоначального интерьера мало что сохранилось. В доме имеется разветвленная система подвалов разных уровней, они в большей степени остались нетронутыми, и по ним можно составить впечатление о первоначальном декоре. В подвальных помещениях, где теперь располагаются столовая и буфет, высокие потолки с крестовыми сводами. По углам они опираются на прямоугольные столбы.

В другой части дома потолки подвалов имеют совершенно иное оформление: в прямоугольных кессонах разного размера расположены выпуклые лепные головки цветов. Потолок обрамляет карниз с орнаментальным фризом и декоративными кронштейнами. Очевидно, что эти помещения предназначались для дорогих магазинов или контор престижных фирм, а не для складских нужд.

Отопление в доме было печное. Топки располагались в подвалах нижнего уровня, и оттуда тепло расходилось по сложной системе воздуховодов по всему дому. В одном из подвалов сохранился элемент топки, а на некоторых стенах дома можно найти заслонки воздуховодов начала XX века.

В центральный холл из подвалов ведет лестница. Первоначально их было две, симметрично расходящихся в разные стороны. Полтора марша второй лестницы и сейчас сокрыты в доме, этот фрагмент находится за дверью на первом уровне подвалов. Все пространство этого помещения занимает лестница, которая никуда не ведет, став необычным памятником, единственной лестницей такого рода.

Мозаика

В центральном холле первого этажа на полу неизменно привлекает внимание мозаика из плитки простых геометрических форм, в центральной части которой расположен квадрат с логотипом «Мюръ и Мерилизъ». Появление здесь этой мозаики не так очевидно, как кажется на первый взгляд. Адрес «Мясницкая ул., д. 20» никогда не был торговой точкой фирмы «Мюр и Мерилиз», даже складские помещения в этом доме они не снимали. Связь фирмы с этим домом совершенно иная.

Деятельность «Мюр и Мерилиз» не ограничивалась торговлей всем известного магазина. Фирма имела и собственное производство. Под этой маркой в начале XX века существовали чугуноделательный завод, мебельный цех, фабрика художественной бронзы и производство облицовочного кирпича и плитки. В Центральном историческом архиве Москвы хранятся Главные книги технического отдела «Мюр и Мерилиз», где представлена отчетность по производственной деятельности. Значимое место в них занимает плиточный отдел.

В настоящее время плитку, изготовленную на заводе «Мюр и Мерилиз», можно увидеть, например, в Нижегородском отделении Государственного банка, в Смоленском соборе Новодевичьего монастыря в Москве и на Мясницкой улице в доме № 20. Это не только мозаика в холле, в доме есть еще два образца плитки «Мюр и Мерилиз»: вокруг лифта на первом этаже центрального холла и на площадке перед лифтом третьего этажа в правом крыле. Это метлахская плитка, технология изготовления которой такова: по сырой глине красят глиной другого цвета, потом все это обжигается, и происходит впекание одного цвета в другой.

Образцы плитки «Мюр и Мерилиз»

Великолепно сохранившаяся мозаика в доме № 20 является уникальным и редким образцом широчайшей деятельности фирмы «Мюр и Мерилиз», дошедшим до нашего времени.

Кадуцей на лепном декоре розетки в холле первого этажа

Фото 2014 г.

Потолок холла первого этажа, как и в одном из подвалов, оформлен прямоугольными кессонами. Практически над мозаикой находится круглая лепная розетка, обрамляющая люстру. Ее лепной декор состоит из цветов и перевитых стеблей, рогов изобилия и еще одного элемента — двух змей, которые вьются вокруг посоха с двумя крыльями на конце. Этот символ, называющийся «кадуцей», ведет свое происхождение из древнего мира. Мифологическая история такова: один из богов Олимпа (здесь источники разнятся, называя Аполлона или Зевса) подарил Гермесу, покровителю путешествующих и торгующих, посох с крыльями, как и его сандалии. Гермесу встретились две дерущиеся змеи, которых он успокоил своим посохом, и они навечно переплелись вокруг него. В таком виде посох со змеями стал символом единства противоположностей. Его охотно использовали алхимики, коммерсанты и медики. В доме № 20 на Мясницкой этот символ появился как эмблема коммерции.

Варваринское акционерное общество

Построив новый дом на Мясницкой, наследники Ананова передали его в аренду Варваринскому акционерному обществу домовладельцев. Оно было основано в 1897 году тремя московскими миллионерами А.И. Шамшиным, А.Д. Шлезингером и С.В. Лепешкиным. Общество имело огромный капитал, который оно вкладывало в строительство роскошных доходных домов, оснащенных всеми современными техническими новшествами. Для них работали такие архитекторы, как Д.В. Стерлигов, Р.И. Клейн и в том числе А.В. Иванов, построивший этот дом на Мясницкой. Варваринское акционерное общество не только строило, но и содержано доходные дома. Одним из них стал дом № 20. Вполне вероятно, что мозаика первого этажа была заказана фирме «Мюр и Мерилиз» уже Варваринским обществом.

Бывший дом Кольцово-Масальских

Фото 1905 г. oldmos.ru

Множество помещений в доме сдавалось редакциям и типографии журналов «Семья», «Рампа», «Новости иностранной литературы» и газет «Раннее утро», «Русский листок», «Новости дня». Последняя была политической газетой, поддерживающей кадетов. В 1905 году в типографии газеты, которая находилась во дворе бывшего дома Кольцово-Масальских, произошел обыск. А 6 декабря того же года в доме состоялось заседание Московского совета, призвавшее к всеобщей политической забастовке.

Старый особняк к этому времени утратил барочные черты и массивный герб, но все еще представлял собой отдельное здание с классицистическим фасадом.

Контора Бари и инженер Шухов

В новый дом переехала «Строительная контора инженера А.В. Бари». Александр Вениаминович Бари, получивший инженерное образование, стремился заниматься предпринимательством. В 1880 году он открыл фирму, ставшую известной в России и за границей. Спектр работ, заказы на которые брал Бари, был невероятно широк: от изготовления металлоконструкций для печей до строительства мостов и зданий.

А.В. Бари и В.Г. Шухов

Фото 1880-х гг. mmsk.ru

Успех Бари приносила не только его коммерческая жилка, но и грамотный подбор персонала. Он приглашал самых лучших инженеров, в том числе Владимира Григорьевича Шухова. Познакомились они еще в Америке, где Бари строил павильоны для Всемирной выставки 1876 года, а Шухов находился в командировке. Открыв свою инженерную контору, Бари вспомнил о талантливом молодом человеке и предложил Шухову место главного инженера. Они проработали вместе около тридцати лет.

Одной из первых работ Шухова в конторе Бари был образец нового парового котла. Повышенный спрос на это изделие заставил Александра Бари открыть специализированное производство — «Котельный завод А.В. Бари».

Строительство российских железных дорог, реконструкция Мытищинского водопровода, зерновые элеваторы, первые гиперболоидные сетчатые конструкции, из которых в 1922 году была сооружена башня на Шаболовке — одна из самых известных построек Шухова, — вот лишь некоторые работы «Строительной конторы инженера А.В. Бари».

В 1913 году Александр Вениаминович скоропостижно скончался. Строительную контору на Мясницкой, 20, возглавил его сын Владимир Александрович Бари. А в 1918 году и завод, и фирму национализировали. Семью вынудили уехать за границу. Но Владимир Шухов продолжал работать в доме на Мясницкой — в тресте «Стальмост», который разместился здесь после 1917 года.

Жизнь дома в советское время

К этому времени здесь находились редакция газеты «Экономическая жизнь», торговые синдикаты и магазины, а также правления, товарищества и отделения ВСНХ — Высшего совета народного хозяйства.

В середине 1920-х годов дом был передан Нефтяному синдикату СССР. При нем были сделаны существенные преобразования. Архитектор Иван Иванович Рерберг надстроил трехэтажный дом двумя этажами, придав ему тот облик, который существует и сейчас. Бережное отношение архитектора к уже существующей постройке позволило ему оптимально соединить новые этажи с архитектурой 1900 года, не нарушив целостности композиции.

Тогда же были надстроены и дома во дворе. Здание стало единым комплексом, включающим постройку начала XVIII века. Бывший дом Кольцово-Масальских был совершенно изменен. Его надстроили и уничтожили колонный портик, заменив его пилястрами. На доме появился треугольный фронтон, украшенный гербом СССР.

 
Здание находится в оперативном управлении НИУ ВШЭ с 1995 года.

School Building Facade Drawing Векторная графика в высоком разрешении

Соглашение о простом доступе

Следующие активы содержат неизданное и/или ограниченное содержимое.

Изображения, помеченные как Легкий доступ для загрузки , не включены в пакет Премиум-доступа или подписки Getty Images, и вам будет выставлен счет за любые изображения, которые вы используете.

Легкий доступ к загрузкам позволяет быстро загружать изображения высокого разрешения без водяных знаков. Если у вас нет письменного соглашения с Getty Images, в котором указано иное, загрузка в режиме простого доступа предназначена для коммерческих целей и не лицензируется для использования в окончательном проекте.

Ваша учетная запись Easy-access (EZA) позволяет сотрудникам вашей организации загружать контент для следующих целей:

  • Испытания
  • Образцы
  • Композиты
  • Макеты
  • Черновой монтаж
  • Предварительные правки

Он имеет приоритет над стандартной комбинированной онлайн-лицензией для неподвижных изображений и видео на веб-сайте Getty Images. Учетная запись EZA не является лицензией.Чтобы дополнить свой проект материалами, загруженными из вашей учетной записи EZA, вам необходимо получить лицензию. Без лицензии дальнейшее использование невозможно, например:

  • презентации фокус-групп
  • внешние презентации
  • окончательные материалы, распространяемые внутри вашей организации
  • любые материалы, распространяемые за пределами вашей организации
  • любые материалы, распространяемые среди населения (такие как реклама, маркетинг)

Поскольку коллекции постоянно обновляются, Getty Images не может гарантировать, что какой-либо конкретный элемент будет доступен до момента лицензирования.Пожалуйста, внимательно ознакомьтесь с любыми ограничениями, сопровождающими Лицензионные материалы на веб-сайте Getty Images, и свяжитесь с вашим представителем Getty Images, если у вас возникнут вопросы по ним. Ваша учетная запись EZA останется на месте в течение года. Ваш представитель Getty Images обсудит с вами продление.

Нажимая кнопку «Загрузить», вы принимаете на себя ответственность за использование неопубликованного контента (включая получение любых разрешений, необходимых для вашего использования) и соглашаетесь соблюдать любые ограничения.

Архитектурные чертежи: 10 школ современной архитектуры в плане

Архитекторы: продемонстрируйте свой следующий проект через Architizer и подпишитесь на нашу вдохновляющую рассылку.

По мере того, как по всему миру строятся новые архитектурные школы, классы и студии переосмысливаются. Как места, где объединяются критика, сотрудничество и решение проблем, эти здания призваны вдохновлять будущие поколения архитекторов и дизайнеров. Независимо от того, разработаны ли они преподавателями самой школы, выпускниками или выдающимися архитекторами, проекты создаются для расширения возможностей образования посредством обмена знаниями и идеями.

Следующие проекты исследуют взаимосвязь тектоники, теории и пространства в рамках современных архитектурных школ. Отражая новые идеи и тенденции как в научных кругах, так и в современной практике, они собраны с четырех континентов и из семи стран. Сформированные в разных масштабах, есть сходство в обращении и программе. Каждый из них представляет собой отдельный процесс проектирования с разнообразным набором пространственных и формальных подходов, которые сегодня воплощают архитектурное образование.

Школа архитектуры и дизайна компании Heneghan Peng Architects, Лондон, Великобритания

Проект построен вокруг создания условий для непринужденного общения и диалога.Архитектурная школа спроектирована вокруг большой студии, задуманной как фабричный цех, большого пространства на первом этаже, структурированного дворами и световыми колодцами. Помещения для семинаров выходят на студию, образуя единое дизайнерское пространство, а большая лестница пронизывает здание, соединяя все этажи.

Здание находится на территории объекта Всемирного наследия в центре города Гринвич. Его массирование организовано узкими и широкими полосами, которые спускаются к жилым домам в тылу. На широких полосах размещается программа, а на узких – дворы и службы.Серия террас на крыше создается ступенчатой ​​​​секцией, которая становится местом для обучения и встреч студентов.

Университет Торонто, Факультет архитектуры, ландшафта и дизайна Daniels , NADAAA, Inc., Торонто, Канада

Здание Дэниелс в Университете Торонто воплощает в себе целостный подход к городскому дизайну и устойчивому развитию. В качестве нового дома для факультета архитектуры, ландшафта и дизайна Джона Х. Дэниелса его цель – вовлечь студентов и более широкое сообщество в диалог о искусственной среде.В центре одного из немногих круглых участков Торонто проект закрепляет юго-западный угол Университета и открывает круг для публики после многих лет недоступности.

Он восстанавливает историческое и забытое здание до его первоначального величия, а также интегрирует новую пристройку. Ось север-юг характеризует символические отношения с городом, тогда как ось восток-запад активизируется пешеходным движением. На западной окраине сдержанная аркада сочетается с жилым масштабом соседнего района.

Государственный центр архитектуры и экологического дизайна Кента компании WEISS/MANFREDI, Кент, Огайо, США

Кентский государственный центр архитектуры и экологического дизайна «Дизайн Лофт», признанный победителем международного конкурса, — площадка для новых знакомств. Непрерывная галерея закрепляет основной общественный уровень здания и выходит на новую эспланаду.

Восходящая последовательность помещений на первом этаже поддерживает широкий спектр мероприятий, включая кафе, галерею, многоцелевой лекционный зал на 200 мест, библиотеку, классы и читальные залы.Здание площадью 117 000 квадратных футов, которое находится на пути к сертификации LEED Platinum, впервые объединяет все программы Колледжа архитектуры и экологического дизайна в обширной дизайн-студии на 650 мест.

Новая школа архитектуры, Королевский технологический институт , Tham & Videgård Arkitekter, Стокгольм, Швеция

Новая школа встроена в существующее пространство двора с существующими дорожками и расположена рядом с оригинальными и довольно монументальными кирпичными зданиями Эрика Лаллерстедта начала ХХ века.Основываясь на логике свободной планировки кампуса, которая поощряет движение, идея состоит в том, чтобы приспособить и поощрять циркуляцию внутри здания и вокруг него, чтобы полностью интегрировать и закрепить новую школу на месте.

Шестиэтажное здание школы с округлыми контурами включает в себя сад и террасу на крыше, при этом внутренний двор выглядит как единое целое. Планы этажей подчеркивают широкое использование изогнутых стен, которые создают плавные, взаимосвязанные пространства и объемы.Внешний вид из кортеновской стали темно-красного цвета напоминает темно-красный кирпич существующих зданий.

Страсбургская архитектурная школа Марка Мимрама, Страсбург, Франция

Учебные помещения La Fabrique проецируются на городской пейзаж, побуждая студентов взаимодействовать с контекстом здания и позволяя городу проникнуть сквозь ребристую завесу фасада. Прозрачный цоколь создает ощущение, что сила гравитации потянула здание вверх, оставив его стоять на шпильках, пропуская город под собой.

Массив здания состоит из двухэтажных блоков, поставленных друг на друга. Нижний блок нависает над прозрачным цоколем первого этажа, а самый верхний блок отступает назад, обеспечивая максимальный объем в рамках ограничений, установленных правилами планирования. Блоки объединены общей оболочкой — полупрозрачной алюминиевой оболочкой, закрывающей застекленные «ящики».

Архитектурная школа Университета Майами Томас П. Мерфи Здание студии дизайна от Arquitectonica, Корал-Гейблс, Флорида, США

Новое здание-студия Университета Майами обеспечивает пространство, способствующее обучению и обучению, а также служит учебным пособием, иллюстрируя некоторые основные принципы современной архитектуры.Здание расположено в центре перекрестка, образуя площадь и прилегающую дорожку, которые служат связующим звеном между кампусом и метрополитеном Майами.

Южная стена отделяется от портика существующего зрительного зала и галереи. Кривой угол крыши загибается на самую южную оконечность здания, затеняя внутреннее пространство от самого сильного солнечного света. В здании есть высокие и гибкие пространства, как внутри, так и снаружи. Узкие колонны из стальных труб поддерживают потолки высотой 18 футов, создавая ощущение открытости и позволяя естественному свету проникать в здание.

Вол Уокер Холл и Центр дизайна Стивена Л. Андерсона от Marlon Blackwell Architects, Фейетвилл, Арканзас, США

Архитектурная школа Фэй Джонс при Университете Арканзаса представляет собой сложный, но решительный гибрид, сочетающий в себе восстановление исторического Зала Вол Уокер, оригинальную библиотеку кампуса и современное дополнение Центра дизайна Стивена Л. Андерсона. Впервые программы «Архитектура», «Ландшафтная архитектура» и «Дизайн интерьера» будут расположены в одном здании с возможностью расширения.

Новый вход полностью доступен для студентов и преподавателей всех дисциплин и ведет к выставочной галерее и встроенным дисплеям вдоль центральной оси. Дополнение также впервые делает Vol Walker Hall полностью доступным. Новые двойные лестничные клетки расположены между реставрацией и пристройкой, соединяя старые и новые и обеспечивая дневной свет и активность в центре здания.

Abedian School of Architecture от Crab Studio, Квинсленд, Австралия

Здание представляет собой длинный, просторный лофт на двух-трех уровнях, сочлененный серией «ковшей», определяющих конструкции-ограждения, которые можно использовать для случайных встреч и «критических» сессий.Они выходят на центральную улицу, которая плавно поднимается вверх по склону холма. Как и подобает жаркому, а иногда и влажному климату, здание воздушное и складывается в виде веерообразных крыш и щелей. В проекте используется ось восток-запад для создания оболочки здания с климат-контролем, которая включает в себя солнцезащитные «брови» на залитой солнцем северной стороне.

Milstein Hall в Корнельском университете OMA, Нью-Йорк, США

Milstein Hall продвигает инновационные способы обучения и обслуживает повседневную деятельность студии — сочетание физической и цифровой творческой работы.Физически Мильштейн-Холл является связующим звеном между уникальной площадкой и существующими условиями. Проект включает в себя приподнятый второй этаж, который обеспечивает столь необходимое гибкое смежное студийное пространство и связь с залами Sibley и Rand.

Конструкция консольная с северной стороны и юго-восточного угла, а пространство под ней оставлено открытым, образуя пешеходную площадь, которая обеспечивает открытое пространство для собраний и выставок, защищенное от непогоды, и защищенную пешеходную связь со студиями скульптур, расположенными в Литейном цехе.Бетонный купол в центре обеспечивает наклон для зрительного зала и создает потолок для пространства для критики внизу.

Факультет архитектуры и экологического дизайна Патрика Швейцера и ассоциации архитекторов, Кигали, Руанда

Эта школа занимает площадь 5600 квадратных метров и может принять 600 учеников. Он расположен в кампусе Колледжа науки и технологий Университета Руанды в районе Ньяругенге. Работы начались в начале 2017 года и были завершены в конце 2017 года.

Его архитектура вдохновлена ​​территорией, цветами и формами, встречающимися в природе. В концепции здания представлены четыре природных элемента: Огонь: оранжевый цвет, Вода: внутренний сад, Воздух: циркуляция и Земля: лавовый камень и утрамбованная земля. Команда создала призмы, вдохновленные ландшафтом и топографией Руанды.

Архитекторы: продемонстрируйте свой следующий проект через Architizer и подпишитесь на нашу вдохновляющую рассылку.

Летняя школа архитектурного рисунка – Drawing Matter

Летняя школа 2020.Фильм Эллиота Ланна.

Летняя школа архитектурного рисунка впервые была проведена в 2017 году. Курс был инициирован Робертом Барджери из Королевской комиссии изящных искусств и Найлом Хобхаусом из Drawing Matter в сотрудничестве с профессором Эндрю Клэнси из Кингстонской школы искусств и Дебби Хиллиерд из Hauser. & Wirth Somerset, а также установил связи с ведущими педагогами, мыслителями и практиками. Программа получила высокую оценку всех студентов за то, что она дает непревзойденное представление об архитектуре как предмете и их вероятной жизни в университете.

Курс разработан, чтобы дать учащимся A-Level, интересующимся архитектурой и искусственной средой, понимание того, как профессиональные архитекторы записывают то, что они видят, как эта информация связана со зданиями, которые они производят, и как процесс рисования может быть использован для протестировать и развить идею.

Мы благодарны всем преподавателям и отдельным лицам, которые сделали ADSS возможной, а также многим профессионалам в области архитектуры, которые на протяжении многих лет предоставляли студенческие стипендии.

Мы рады сообщить, что курс 2022 года будет частично спонсироваться Фондом архитектуры и Университетом Восточного Лондона.

Подать заявку на Летнюю школу 2022 ➞

Поддержите учащегося на Летней школе 2022 ➞

Летняя школа также является форумом для развития наставников. Если у вас есть желание преподавать, но вы еще не получили штатную должность в университете, пожалуйста, нажмите здесь, чтобы подать заявку на роль репетитора.



Прошедшие летние школы

Студенты в архиве Drawing Matter во время Летней школы 2021 года.Фото: Мэтью Бландерфилд.

Летняя школа архитектурного рисунка 5: 2021

26–31 августа 2021 г.

Репетиторы
Эндрю Клэнси, Мэтью Бландерфилд, Соханна Шринивасан и Ясир Ибрагим с Томасом Брайансом.

Организовано Drawing Matter Trust, Hauser & Wirth Somerset и Кингстонским университетом.

Финальный критический экзамен Hauser & Wirth Somerset, Летняя школа архитектурного рисунка 2019 года. Фото: Винсент Эванс

Летняя школа архитектурного рисунка 4: 2020

24–29 августа 2020 г.

Репетиторы
Эндрю Клэнси, Элеонора Бомонт, Марва Эль Мубарк и Оскар Мазер.

Организовано Drawing Matter Trust, Hauser & Wirth Somerset и Кингстонским университетом в сотрудничестве со школой для девочек Брутон и университетами Квинс Белфаста, Кардиффа и Данди.

Летняя школа архитектурного рисунка 3: 2019

24–29 августа 2019 г.

Репетиторы
Эндрю Клэнси, Майкл Баду, Уильям Гатри, Дэвид Магеннис, Джо Хауленд, Джулия Фурлан и Джулия Крамер.

При поддержке Королевской комиссии по изобразительному искусству совместно с Drawing Matter, Hauser & Wirth Somerset, Кингстонской школой искусств, Квинсским университетом в Белфасте и Школой для девочек Брутона.

Учащиеся возле амбара Стивена Тейлора во время Летней школы 2018 года.

Летняя школа архитектурного рисунка 2: 2018

25–30 августа 2018 г.

Репетиторы
Эндрю Клэнси, Кэтрин Блейни, Лаура Эванс, Элли Фарант и Томми Джей.

Посмотрите фильм о Летней школе 2018 здесь.

Организовано Королевской комиссией изящных искусств, Drawing Matter, Кингстонской школой искусств, Hauser & Wirth Somerset, Куинсским университетом в Белфасте и Школой для девочек Брутона.

Картина студентки Летней школы Талии Далтон.

Летняя школа архитектурного рисунка 1: 2017

26 августа – 2 сентября 2017 г.

Репетиторы
Эндрю Клэнси, Нана Биама-Офусу, Найл Хобхаус и Бушра Мохамед.

Прочтите размышления о первой Летней школе от наставников Наны Биама-Офосу и Бушры Мохамед; и программные примечания Эндрю Клэнси.

Организовано Королевской комиссией изящных искусств, Drawing Matter, Кингстонской школой искусств, Hauser & Wirth Somerset и Соборной школой Уэллса.

Школа Архитектуры – Школа Архитектуры

Школа Архитектуры – Школа Архитектуры | Университет штата Монтана


 

Студенты Архитектурной школы работают с реальными клиентами, чтобы решить проблемы через МГУ Центр общественного дизайна

В течение почти 40 лет Центр общественного дизайна (CDC) обслуживал жителей Монтаны, соединяя ультрасовременный дизайн с людьми, которые в нем нуждаются.CDC обращается к некоммерческим организаций и государственных учреждений для обеспечения видения, планирования и концептуального дизайнерские навыки, необходимые для создания отличных сообществ. Недавние проекты включают Baker, Стратегия жилищного бума и роста в Монтане, жилье солдатской станции Bechler в Йеллоустоне Национальный парк, исследование коридора шоссе 191 Сент-Реджис и начальная школа Ирвинга. Школьная теплица в Бозмане.

 


Архитектурная школа

С.O. Box 173760
Bozeman, MT
59717-3760

Тел.: (406) 994-4256
Факс: (406) 994-2200

Электронная почта: [email protected]

 

Создавайте лучший мир, создавая пространства, которые вдохновляют, укрывают и обеспечивают комфорт.

  Студенты Архитектурной школы МГУ учатся проектировать пространства и конструкции где люди живут, работают и отдыхают. Архитекторы стремятся сыграть существенную и инновационную роль в улучшении условий жизни всех сообществ.Школа Архитектуры дает учащимся возможность критически относиться к сложностям общества и природы окружающую среду, прививая фундаментальные принципы дизайна и вдохновляя дух исследований и творческих экспериментов в формировании искусственной среды.

Летняя школа рисования | Питер Го-хуа Фу

Почему так много архитекторов все еще рисуют, когда путешествуют? Бывают случаи, когда наша способность делать быстрые наброски удобна, например, когда мы оказываемся в среде, где фотографирование запрещено, но наша продолжающаяся любовь к рисованию, кажется, направлена ​​на удовлетворение желаний, которые не удовлетворяются портативными камерами, планшетами и другими устройствами. смартфоны прячутся в наших карманах и сумочках.Делаем наброски на акварельных блоках и в простых альбомах, на салфетках в барах и на скатертях в ресторанах; мы делаем наброски на мешках от воздушной болезни, извлеченных из кармана сиденья перед нами, на внутренней стороне пустых пачек из-под сигарет, на обратной стороне конвертов и визитных карточек, и даже рисуем на наших смартфонах и планшетах. Мы ведем журналы, в которых документируем наши путешествия с помощью вдумчивых размышлений и четких карандашных рисунков, и мы заполняем записные книжки, где расписания поездов и адреса электронной почты разделяют страницы, жестами и тушью наброски городских площадей и вдохновляющих интерьеров.

Создание таких рисунков требует времени; некоторые выполняются за пять минут, другие требуют больше времени. Короткий или длинный, процесс создания рисунка определяет отношения с местом, которые обычно невозможны с механическими формами документации, такими как планшеты и большинство камер, которые буквально встают между наблюдателем и субъектом. Ритуалы, связанные с рисованием эскизов, обеспечивают интеллектуальную и физическую основу для наших встреч с интересующей нас средой. Рисунки, которые мы производим, фиксируют не только то, что мы видели, но и то, о чем мы думали и что мы знаем.Это не просто открыточные виды памятников архитектуры; они свидетельствуют о нашем любопытстве и наших попытках понять идеи, формирующие наш мир.

Этот вид набросков является фундаментальным навыком для архитекторов, но он приобретается с практикой, так что в конце каждого лета почти половина студентов Архитектурной школы Макгилла и два преподавателя пропадают чуть более чем на неделю в Sketching School , полевое упражнение, которое поддерживает два отдельных курса: Architectural Sketching ARCH 325 и Field Sketching ARCH 680.Студенты обычно проходят ARCH 325 летом, следующим за вторым годом, и ARCH 680 летом, предшествующим первому семестру профессионального M.Arch. программа.

Местонахождение Школы рисования меняется каждый год, но критерии, использованные при ее выборе, существенно не изменились с 1921 года, когда курс был предложен впервые. Это обычно небольшой или средний город, достаточно большой, чтобы разместить класс в отелях, мотелях, гостиницах, общежитиях, гостевых домах и кемпингах, но не настолько большой, чтобы поглотить саму группу.Он находится в дне пути от Монреаля автомобильным или железнодорожным транспортом и расположен на берегу судоходного водоема — моря, реки, крупного озера. Самое главное, чтобы выбранное место было архитектурно богатым и визуально запоминающимся. Квебек-Сити и Кингстон, где располагались первые две школы рисования, по-прежнему остаются популярными местами. С тех пор курс побывал в пяти провинциях и трех штатах, посетив такие места, как: Порт-Хоуп и Гананоке, Онтарио; Бэ-Сен-Поль и Ла-Мальбе, Квебек; Галифакс и Луненбург, Новая Шотландия; и Шарлоттаун, PEI.В 1991 году курс был впервые проведен в США, в Глостере, штат Массачусетс, а в 1993 году в Бар-Харборе, штат Мэн. В прошлом году курс был в Луненбурге, а этим летом вернется в Сент-Джон.

Ожидается, что в ходе курса учащиеся исследуют местность — городской пейзаж и ландшафт — и сделают зарисовки, описывающие то, что они найдут. Окончательная оценка основывается на портфолио, состоящем не менее чем из двадцати работ, большинство из которых должны быть основательно обработаны. Акцент делается на набросках в полевых условиях, а не на работе в студии, поэтому учащиеся рисуют на улице каждый день, работая индивидуально и в небольших группах, используя различные средства, но не до такой степени, чтобы они отвлекались от предмета.В дождливые дни те, кто решил остаться на улице, находят убежище под множеством навесов, беседок, балконов и навесов, а те, кто прячется в помещении, находят вдохновение на рынках, в тавернах, церквях, навесах для лодок и других ранее неизвестных интерьерах.

Каждый второй вечер мы встречаемся в спортивном зале, конференц-зале отеля, общественном центре или другом месте, достаточно большом для того, чтобы класс мог удобно собраться, и где достаточно места на стенах для двухдневных набросков. Эти занятия длятся два часа и предоставляют форум не только для обзора работы, но и для неформальных дискуссий о целях курса и о процессе формирования образов и воспоминаний.

К концу курса это место тщательно и красноречиво задокументировано на полутора тысячах изображений, созданных группой за восьмидневный период. Объем производства впечатляет как совокупность работ и как результат процесса, призванного развить у студентов-архитекторов не только любовь к рисованию, но и понимание его силы как механизма познания мира.

 

Для получения дополнительной информации о Школе рисования 2020 года нажмите ЗДЕСЬ.

 

Предыдущие сайты школы рисования

Вы можете просмотреть информацию о школах рисования с 2002 по 2018 год, щелкнув даты по гиперссылкам.

Год

Место

1921 Квебек Сити
1922/3 Кингстон
1951 Квебек Сити
1952 Сорель
1953 Дешамбо
1954 Кингстон
1955 Оттава
1956 Монреаль
1957 Корнуолл
1958 Оттава
1959 Квебек (Орлеанский Иль)
1960 Сен-Бенуа-дю-Лак
1961 Квебек (Монморанси)
1962 Кингстон
1963 Бэй Ст.Пол
1964 Шикутими
1965 Перт
1965 Мерриквилл
1966 Квебек Сити
1967 Гранд-Мэр
1968 Пемброк
1969 Ривьер-дю-Лу
1970 Бельвиль
1971 Труа-Ривьер
1972 Маттава
1973 Фредериктон
1974 Ла Мальбе
1975 Галифакс
1976 Торонто
1977 Питерборо
1978 Оттава
1979 Квебек Сити
1980 Оттава
1981 Кингстон
1982 Сент-Анн-де-Бельвю
1983 Бэ Сен-Поль
1984 Шарлоттаун
1985 Галифакс
1986 Ла Мальбе
1987 Гананок
1988 Сент-Джон, NB
1989 Порт-Хоуп
1990 Квебек Сити
1991 Глостер, Массачусетс
1992 Галифакс
1993 Бар-Харбор, Мэн
1994 Бэ Сен-Поль
1995 Шарлоттаун
1996 Глостер, Массачусетс
1997 Квебек Сити
1998 Сент-Джон, NB
1999 Кингстон, ON
2000 Луненбург, NS
2001 Перт, ON
2002 Глостер, Массачусетс
2003 Сент-Джон, NB
2004 Бар-Харбор, Мэн
2005 Бэ-Сент-Поль, Квебек
2006 Луненбург, Новая Шотландия
2007 Шарлоттаун, PEI
2008 Сент-Джон, NB
2009 Бэ-Сент-Поль, Квебек
2010 Луненбург, Новая Шотландия
2011 Глостер, Массачусетс
2012 Сент-Джон, NB
2013 Портсмут, Нью-Гэмпшир
2014 Луненбург, Новая Шотландия
2015 Бэ-Сент-Поль, Квебек
2016 Сент-Джон, NB
2017 Квебек Сити
2018 Луненбург, Новая Шотландия
2019 Сент-Джон, NB

 

Летняя программа «Введение в архитектуру» | Для старшеклассников

Студенты получают углубленные инструкции по рисованию и архитектурной композиции. Уильям Стаффельд / AAP

Любен Димчефф (слева) консультируется со студенткой в ​​часы работы студии. Уильям Стаффельд / AAP

Студенты работают над своими проектами во время открытых студийных часов. Уильям Стаффельд / AAP

Студент с преподавателем и ассистентом преподавателя, работающим над Л.Студийная пластинка П. Кви. Уильям Стаффельд / AAP

Студенты тесно сотрудничают с преподавателями, в том числе с недавними выпускниками Корнеллского архитектурного факультета. Уильям Стаффельд / AAP

Студенты работают индивидуально или в группах над еженедельными проектами. Уильям Стаффельд / AAP

Учащиеся летней программы «Введение в архитектуру» рисуют во время экскурсии в Музей стекла Корнинга. Уильям Стаффельд / AAP

Студенты рисуют во время экскурсии. Уильям Стаффельд / AAP

Преподаватели предоставляют отзывы о проектах во время еженедельных обзоров. Уильям Стаффельд / AAP

Каждую неделю студенты представляют свои проекты инструкторам и ассистентам преподавателей. Уильям Стаффельд / AAP

Студенты готовят презентации для финальных обзоров проектов. Уильям Стаффельд / AAP

Студенты и преподаватели участвуют в итоговых проверках летней программы «Введение в архитектуру». Уильям Стаффельд / AAP

Финальные проекты выставлены в зале Мильштейна. Уильям Стаффельд / AAP

Студенты получают углубленные инструкции по рисованию и архитектурной композиции. Уильям Стаффельд / AAP Любен Димчефф (слева) консультирует студента в часы работы студии. Уильям Стаффельд / AAP Студенты работают над своими проектами во время открытых студийных часов. Уильям Стаффельд / AAP Студент с преподавателем и ассистентом преподавателя работает над студийной пластиной LP Kwee. Уильям Стаффельд / AAP Студенты тесно сотрудничают с преподавателями, в том числе с недавними выпускниками архитектуры Корнелла. Уильям Стаффельд / AAP Студенты работают индивидуально или в группах над еженедельными проектами. Уильям Стаффельд / AAP Студенты летней программы «Введение в архитектуру» рисуют во время экскурсии в Музей стекла Корнинга. Уильям Стаффельд / AAP Школьники делают наброски во время экскурсии. Уильям Стаффельд / AAP Преподаватели предоставляют отзывы о проектах во время еженедельных обзоров. Уильям Стаффельд / AAP Каждую неделю студенты представляют свои проекты преподавателям и ассистентам преподавателей. Уильям Стаффельд / AAP Студенты готовят презентации для финальных обзоров проекта. Уильям Стаффельд / AAP Студенты и преподаватели участвуют в финальных обзорах летней программы «Введение в архитектуру». Уильям Стаффельд / AAP Окончательные проекты выставлены в зале Мильштейна. Уильям Стаффельд / AAP

Программа «Введение в архитектуру» — это интенсивный шестинедельный курс, который знакомит старшеклассников с идеями, принципами и методами изучения архитектурных проблем в условиях студии.С помощью поэтапной последовательности упражнений, завершающихся окончательным проектом, студенты изучают архитектурные концепции пространства, формы, функции, окружающей среды и технологий. Экскурсии исследуют современную архитектуру в контексте производственных, производственных и ресурсных площадок северной части штата Нью-Йорк.

старшеклассника проводят утро на лекциях и интегрированных семинарах, изучая принципы архитектуры, включая композицию, историю, сохранение, ландшафтную архитектуру, планирование и городской дизайн.Дневная студия отрабатывает на практике информацию, полученную на утренних лекциях. Преподавание в студии проводится в Мильштейн-холле, спроектированном Ремом Колхасом, преподавателями факультета архитектуры и недавними выпускниками уважаемых программ бакалавриата и магистратуры Корнелла. Программа также включает в себя периодические обзоры студий приглашенными преподавателями и приглашенными критиками. Интенсивное индивидуальное обучение и регулярные обзоры успеваемости готовят студентов к финальной презентации проекта.

Параллельно со студией уроки рисования обеспечивают дополнительную поддержку в экспериментальном архитектурном рисовании и прагматическом черчении, в то время как небольшие семинары по дизайну и дискуссионные группы контекстуализируют процесс проектирования по отношению к современной архитектурной практике.

Окончательный обзор портфолио готовит будущих студентов-архитекторов к их будущему в этой области.

Студенты могут рассчитывать на изучение основ архитектурной программы, включая:

  • Искусство изготовления и важность ремесла
  • Взаимосвязь двухмерного и трехмерного дизайна
  • Рисование и создание моделей как средство открытия и исследования
  • Аналоговое и вводное цифровое представление
  • Концептуальная ясность и выразительность
  • Основы архитектурной композиции

Программа открыта для старшеклассников, которые заинтересованы в карьере в области архитектуры — не требуется никаких специальных знаний или опыта, кроме серьезного интереса к архитектурному дизайну.

Работа старшеклассника


  • https://aap.cornell.edu/sites/default/files/Joseph%20Choong%20Kim_4_870x450.jpg https://aap.cornell.edu/sites/default/files/Joseph%20Kim%20Choong_1_870x450.jpg https://aap.cornell.edu/sites/default/files/Joseph%20Kim%20Choong_2_870x450.jpg https://aap.cornell.edu/sites/default/files/Joseph%20Kim%20Choong_3_870x450.jpg https://aap.cornell.edu/sites/default/files/Joseph%20Kim%20Choong_5_870x450.jpg

  • https://aap.cornell.edu/sites/default/files/Joseph%20McGranahan-1_870x450.jpg https://aap.cornell.edu/sites/default/files/Joseph%20McGranahan-2_870x450.jpg https://aap.cornell.edu/sites/default/files/Joseph%20McGranahan-10_870x450.jpg https://аап.cornell.edu/sites/default/files/Джозеф%20McGranahan-11_870x450.jpg

  • https://aap.cornell.edu/sites/default/files/Christina%20Xie-3_870x450.jpg https://aap.cornell.edu/sites/default/files/Christina%20Xie-2_870x450.jpg https://aap.cornell.edu/sites/default/files/Christina%20Xie-9_870x450.jpg https://aap.cornell.edu/sites/default/files/Christina%20Xie-11_870x450.jpg

  • https://aap.cornell.edu/sites/default/files/Combined%20Drawing_870x450.jpg https://aap.cornell.edu/sites/default/files/DSC01630_870x450.jpg https://aap.cornell.edu/sites/default/files/IMG_3847-Edit_870x450.jpg https://aap.cornell.edu/sites/default/files/Tool%20Relief%20-%20Top%20Down_870x450.jpg

Тестирование 123

Тестирование 123

Чикагская школа архитектуры: дизайн небоскребов

Кто были Величайшие архитекторы Первой чикагской школы?

Уильям Ле Барон Дженни

Очень успешный архитектор и первый Профессор архитектуры (1876-77) Мичиганского университета, Энн. Арбор, Уильям Ле Барон Дженни оказал влияние на поколение учеников и подмастерьев, некоторые из которых стали известные по всей Америке, в том числе Дэниел Бернхэм, Луи Салливан, Уильям Холаберд и Мартин Роше.Он наиболее известен тем, что спроектировал 10-этажный Здание страхования жилья в Чикаго (1884–1885 гг.), первое высотное здание в Америке. использовать металлический каркас, а не камень и кирпич. Это знаковое сооружение оказал влияние на многих архитекторов, включая Эдварда Баумана и Харриса У. Хьюл, спроектировавший здание Чикагской торговой палаты (1888-1899 гг.), внутренний световой двор которого простирался на всю высоту здания. Дженни также впервые применила терракоту и железо для снижения риска пожаров небоскребов.

Генри Хобсон Ричардсон

Младший современник Дженни, Генри Хобсон Ричардсон предпочитал каменные постройки с несущими стенами. как его Троицкая церковь в Бостоне (1873 г.), а не стальной каркас Дженни. Тем не менее, его шедевр — оптовый магазин «Маршалл Филд» (1885–1887, г. снесен в 1930 г.) – оказал огромное влияние на развитие Чикаго Фасады школьных зданий, особенно Дэниела Бернхэма и Луи Салливана.Заимствование элементов как из романского стиля, так и из эпохи Возрождения. архитектуре, это монументальное сооружение подчеркивало форму, а не украшение. Его многоэтажные окна, например, увенчаны полукруглыми арки, придавали строению красивый цельный вид.

Уильям Холаберд и Мартин Рош

Архитектурное товарищество Holabird, Компания Simonds & Roche была основана в Чикаго в 1880 году компанией Holabird, Roche. и ландшафтный архитектор Оссиан Коул Саймондс (1855–1931), все бывшие стажеры Дженни.После ухода Саймондса компания стала Holabird & Роше. Его самые важные проекты небоскребов включали Tacoma Building. (завершено в 1889 г.; снесено в 1929 г.), здание Маркетт (1895 г.), три здания Gage Group (1899 г.) (на 18, 24 и 30 С. Мичиган-авеню), и здание Чикагского сберегательного банка (1904–1905 гг.). Кроме того, Холаберд и Roche спроектировали ряд крупных роскошных отелей по всей Америке, в том числе отель Muehlebach (1915 г.), отель Palmer House (1925 г.) и отель Stevens (1927).

Дэниел Х Бернэм и Джон Веллборн Рут

Рут родился в Лампкине, штат Джорджия. Бернем родился в Хендерсоне, штат Нью-Йорк, но вырос в Чикаго. Из двух, корень имел лучшее формальное образование с подготовительной школой в Ливерпуле, Англия и диплом инженера-строителя Нью-Йоркского университета; он также работал неоплачиваемым учеником в фирме Джеймса Ренвик (1818-95), один из великих поборников готики 19 века. архитектура.Стипендия Бёрнема была менее впечатляющей, чем его социальная, художественные и управленческие таланты, и он был отвергнут как Гарвардом, так и Йельские университеты. Тем не менее, его набросок был достаточно хорош, чтобы заставить его работать в офисе Дженни, а затем в фирме Питер Б. Уайт, оба заняты восстановлением Чикаго после пожара. 1871 года. В офисе Уайта Бернхэм встретил Джона Рута, и они вдвоем сформировали партнерство в 1873 году. Они начали с проектирования частных домов для бароны мясной промышленности Чикаго.Тот факт, что оба молодых человека женаты в богатые семьи также помогали им наладить необходимые контакты среди элиты Среднего Запада.

Оба мужчины почувствовали разницу, но взаимную качества таланта и темперамента, которые при объединении образуют идеальное партнерство. Приветливый, находчивый и блестящий среди друзей, Рут был застенчив и сдержан на публике. Если его не направлять и не стимулировать, он тоже склонен к задержке. Бёрнем, напротив, ужесточил его прежние неудачи становились все более решительными, агрессивными и убедительным и в конечном итоге стал главным администратором офиса и связным с клиентами.Он также, по признанию Рута, в основном отвечал за планировка и планировка большинства зданий фирмы и служила ориентиром критик архитектурных проектов, которые оба партнера считали специальный домен. Их соответствующие взгляды на архитектурный дизайн также были другой: Рут очень восхищался романской идиомой Генри Хобсона Ричардсона. (1838-86), в то время как Бернхем находился под влиянием европейских изящных искусств и неоклассицизма. архитектура.

За время своего 18-летнего сотрудничества Бернхэм и Рут построили гостиницы, вокзалы, магазины, склады, школы, больницы, церкви и более 200 частных резиденций и квартир здания. Тем не менее, их величайшим достижением были высокие офисные здания, или небоскребы.

Самые известные здания Бернема и Рута

Хотя Бернем и Рут построили множество металлические клетки, здания со стальным каркасом в конце 1880-х и 1890-х годах, их самые известные небоскребы, по иронии судьбы, были тремя несущими стенами, все построено в Чикаго для разработчиков Питера и Шепарда Брукс.То 10-этажный квартал Монтаук (1882-83 гг.) был практически лишен традиционных исторических ссылки, предсказывая в своем суровом преклонении перед функционализмом большую часть этика и эстетика последующего модернистского движения. Его дизайн Включает в себя систему плавучих плотов Root из переплетенных стальных балок, которая держал здание устойчивым в печально известной болотистой местности Чикаго. Лежбище (1885-87) было более сознательно продуманным зданием с пышным орнаментом Рута. подчеркивая романские стилистические отсылки.Его логическое внутреннее план, приписываемый Бернхэму, с четырьмя соединительными крыльями, окружающими световой двор, долгое время служивший образцом для планировки небоскреба. (Его вестибюль был реконструирован в 1905 году Фрэнком Ллойдом Райтом). Билдинг (1889-91) избавился от орнамента еще более явно, чем Монток. Несмотря на анахронизм, требуемый заказчиком, его резко расклешенная, несущая стена, Монаднок станет еще одним каноническим памятник модернизма.Другой важной структурой фирмы была здание Рэнда МакНалли, построенное в 1890 году, но снесенное в 1911 году. первый в мире небоскреб со стальным каркасом. В Сан-Франциско, Бернем и здание Root’s Mills Building (1890–1891 гг.) отражали значительный синтез основных элементов небоскреба: стальной каркас, четырехстворчатый план вокруг центральный световой двор и упорядоченные пропорции Чикагской школы, как подчеркнуто пышным орнаментом Рута.

Д.Х. Бернхэм и компания

До преждевременной смерти Рута от пневмонии в 1891 году фирма сделала предварительные планы элегантного Reliance Здание также в Чикаго, которое Бернхэм построил вместе с Чарльзом Этвудом. в 1894 году. Он также завершил несколько других проектов, начатых Рутом, в том числе 21-этажное здание масонского храма (1892 г.). Бёрнему также оставалось хореография эпохальной Всемирной Колумбийской выставки 1893 года (чьи изящные искусства образ, по иронии судьбы, сигнализировал об упадке чикагской школы) и пилотировать фирма, преобразованная в D.Х. Бернхэм и компания. работа Бернхэма над следующие 20 лет будут вносить постоянный вклад в архитектуру небоскребов. – в частности, знаменитое Флэтайрон-билдинг (1901-1903 гг.) в Нью-Йорке – и городские планирование. Его грандиозное видение Чикаго как «Парижа в прерии», наряду с его интересом к искусству в вообще и возрождение классицизма в частности, дали толчок городскому Красивое движение, принципы которого нашли отражение в «Плане Чикаго», план 1902 года по обновлению торгового центра в Вашингтоне. округ Колумбия, а также в городских планах Кливленда (1903 г.) и Сан-Франциско (1905 г.).Тем не менее, Бернхэм так и не нашел замену Руту в том, что действительно было идеальное партнерство. Он погиб в автокатастрофе в 1912 году во время отпуска. в Германии.

Данкмар Адлер и Луи Салливан

За 12 лет своего существования (1883-95 гг.) Чикагская фирма Адлера и Салливана оставила отпечаток на городской публике искусство далеко за пределами американского Среднего Запада. Данкмар Адлер возглавил движение лицензировать архитекторов, в результате чего первый регистрационный акт был принят в Иллинойсе в 1897 г.Луи Салливан стал первым американцем архитектор, создавший современный стиль архитектуры, и первый архитектор в любом месте, чтобы революционизировать эстетику небоскреба и придать стильное единство к высокому зданию. Пара также была ранними работодателями и наставниками Фрэнк Ллойд Райт, почитавший обоих мужчин десятилетиями.

Адлер, родился в Германии, эмигрировал с его родители сначала в Детройт, а затем в Чикаго. После обучения архитектурному офисы в обоих городах, он стал практикующим архитектором в Чикаго во время 1870-е годы.Салливан присоединился к нему в 1882 году в качестве второстепенного партнера. Полное партнерство пришел в 1883 году, когда Адлер и Салливан была основана. Отец Адлера был раввин крупной чикагской общины и многие сотрудники фирмы клиенты пришли из еврейской общины Чикаго.

Салливан родился в Бостоне в семье творческие родители и с юных лет тянулся к искусству. Его формальное образование было ограничено одним годом по архитектуре в Массачусетсе. Технологический институт и еще один год в Париже в Ecole des Изящные искусства .Работа в архитектурных бюро в Филадельфии и Нью-Йорке. Йорк внес последние штрихи. Известный сегодня как «отец современный небоскреб» и рассматривался вместе с Х.Х.Ричардсоном и Фрэнк Ллойд Райт, один из величайших представителей американской архитектуры, Салливан рано заявил о своей решимости создать «современную» стиль архитектуры, со зданиями, которые были в значительной степени оригинальными по форме и детали вместо того, чтобы полагаться на вдохновение в исторических стилях, как романский стиль, готика, ренессанс, барокко или неоклассицизм.

Здание актового зала

Примеры результатов его амбиций в нескольких проектах, начатых в середине 1880-х гг. Во-первых, в соответствии с Первоначальная репутация Адлера и Салливана как театральных архитекторов пришла Здание Аудитории (1886-89), здание, включавшее не только великолепный театр на 4000 мест, а также отель Auditorium, а также 17-этажное офисное здание с торговыми витринами на уровне земли.Это было здание Аудиториум, которое поставило Чикаго на культурную карту, подняв профиль города достаточно, чтобы позволить ему принять Всемирную ярмарку 1893.

Здание Уэйнрайт

За ним последовало здание Уэйнрайт, (1890-91), небоскреб со стальным каркасом, построенный для Эллис Уэйнрайт в Сент-Луисе. Луи. Для этого здания Салливан разработал схему объединения фасадов. здания, которое было выше, чем в ширину.Отказавшись от исторической стилей, большинство из которых были разработаны для зданий, которые были шире чем высокий, Салливан мог свободно манипулировать своими материалами в оригинальном таким образом достигается эстетическое единство. Этого он достиг в Уэйнрайте. путем вязания вместе тонких вертикальных столбиков и текстурированных горизонтальных перемычек в единую архитектурную ткань.

Адлер Инженер-строитель

Адлер сделал эти конструкции возможными благодаря своему эффективное и перспективное управление делами фирмы, потому что он обеспечил клиентов и призвал их построить необычный конструкции.Как указывалось выше, он также отвечал за механическую и структурные аспекты дизайна. Вместе они работали как эффективная конструкция команда, которая произвела множество архитектурных вех, особенно между 1888 и 1895 гг., в том числе – кроме упомянутой Аудитории и Здания Уэйнрайта – Могила Гетти (1890-91), Театр Шиллера Здание (1891-93 гг.), здание Гаранти в стиле палаццо (Prudential Building) Буффало (1894 г.) и здание Чикагской фондовой биржи (1893-94 гг.) торговый зал теперь сохранился в ст. Институт Чикаго.Еще одним их шедевром был Carson, Здание универмага Пири, Скотта и компании (1899 г.), в комплекте с Металлоконструкции в стиле модерн у входа.

Современная эстетика Салливана

Из всех архитекторов, связанных с Чикагская школа, Луи Салливан первым принял вызов создания новой «современной» эстетики высотных башен. Он сделал это, приняв новую, но неизбежную прямоугольную коробчатую форму созданный стальной рамой, и приняв кредо «форма следует функция” – значение, практические вопросы определяют форму.Поэтому он придал своим постройкам новый облик, напоминающий классический трехчастный деление, связанное с классической колонной греческой и римской архитектуру, а именно базу, вал и капитель – при этом упрощая внешний вид здания с помощью вертикальных полос, чтобы привлечь внимание вверх. Но хотя его «современные» конструкции с их упрощенными вертикальная эстетика проложила путь для следующей волны модернистской архитектуры – стиль конца 1920-х годов, на который сильно повлияла школа Баухаус в Веймаре. во главе с Вальтером Гропиусом, который стал известен как Международный Стиль современной архитектуры – они также отображали столь же современный вид орнамента.Позднее эта награда была отклонена Международным Архитекторы стиля, которые стремились к современному стилю, полностью лишенному исторического прецеденты. Таким образом, конструкции Салливана более правильно рассматривать как мост. между стилистической романской архитектурой небоскребов 19 века, и чистые, неприкрашенные линии модернизма 20-го века.

Без Адлера маловероятно, что Салливан мог бы добиться того, что сделал; и без Салливана Адлер, вероятно, быть практически неизвестным сегодня.Тем не менее, в 1895 году они расторгли свое партнерство. по причинам, до конца еще не выясненным.

В последующие годы ни один архитектор получил много комиссий. Адлер умер в 1900 году, но Салливан пережил 20-летний спад, измученный финансовыми проблемами и алкоголизмом. Он удалось получить несколько комиссионных для ряда провинциальных городков Среднего Запада. банки и, в то же время, объяснил свои идеи и цели в серии книг – Детские беседы и другие сочинения (пересмотрено в 1918 г.), Автобиография идеи (1924) и Система архитектурных Орнамент согласно философии человеческих сил (1924).Один прочный Вклад его стиля заключался в том, что он послужил основой для современного архитектурная идиома, разработанная его учеником Фрэнком Ллойдом Райтом. Грустно, Салливан умер в нищете в номере отеля в Чикаго в возрасте 67 лет.

Знаменитые небоскребы Разработано The First Chicago School

Вот краткий хронологический список самые важные высотные здания, связанные с Первой чикагской школой архитектуры вместе с ответственными архитекторами.Если не указано, все строения расположены в пределах ветреного города.

– Первое здание Лейтера (1879 г.) Уильям Ле Барон Дженни
– Здание Монток (блок Монток) (1882-83) Бернхэм и Рут
– Здание Пуллмана (1883) Солон С. Беман
– Здание страхования жилья (1884) Уильям Ле Барон Дженни
– Полевой склад Маршалла (Чикаго) ) (1885-7) Г.Х.Ричардсон.
– Здание Рукери (1885-87) Бернхэм и Рут
– Здание Торговой палаты (1888-9) Эдвард Бауманн и Харрис В.Хьюл.
– Tacoma Building (Чикаго) (1889 г.) Holabird & Roche
– Second Leiter Building (1889-91) William Le Baron Jenney
– Auditorium Building (1889 г.) Adler and Sullivan
– Reliance Building (1890-95) John Root and Charles Б. Этвуд
– Здание Рэнда МакНалли (1890 г.) Бернхэм и Рут
– Здание Уэйнрайт, Сент-Луис, Миссури (1890-91 гг.) Адлер и Салливан
– Здание Монаднок (блок Монаднок) (1889-91) Бернхэм и Рут
– Здание театра Шиллера (Театр Гаррика) (1891-93) Адлер и Салливан
– Здание Чикагской фондовой биржи (1893-94) Адлер и Салливан
– Здание Пруденшиал (Здание Гаранти) Буффало (1894) Адлер и Салливан
– Здание Маркетт (1895) ) Holabird & Roche
– Fisher Building (1895-6), спроектированный Чарльзом Этвудом, Д.Х.Бернем и Co
– Центр Салливана (Карсон, Пири, Скотт и здание компании) (1899 г.) Sullivan
– Gage Group Buildings (1899) (на С. Мичиган-авеню) Holabird & Roche
– Flatiron Building, Нью-Йорк (1901-3) DHBurnham & Company
– Heyworth Building (1904) DHBurnham & Company
– Chicago Building (Здание Чикагского сберегательного банка) (1904-5) Holabird & Roche
– Здание Брукс (1909-10) Holabird & Roche

Ранее американские архитекторы

Больше биографий активных дизайнеров в Америке в колониальную эпоху и в начале-середине 19 века, пожалуйста используйте эти ресурсы:

Стиль греческого возрождения
Томас Джефферсон (1743-1826)
Бенджамин Латроб (1764-1820)

Стиль неоклассицизма
Уильям Торнтон (1759-1828)
Чарльз Булфинч (1763-1844)

Готический стиль
Ричард Апджон (1802-78)

Архитектура изящных искусств
Касс Гилберт (1859-1934)

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.